Как, я опять — Фома К123? Не хочу быть Фомой, мне начальником больше нравится… И все-таки я — обычное подмастерье тринадцатого ранга, расходный материал. Поэтому я на койке в штаб-квартире Технокома, жду начала очередного опыта. Аз есмь клон К123, который якобы особо приспособлен к борьбе против Плазмонта. Да, вивисекторы уже отложили в сторонку сэндвичи и достали свои скальпели и зажимы. Видимо, когда я впилился в стенку тоннеля и валялся в отключке, меня подсоединили к резидентной кибероболочке Технокома. Я имел честь видеть виртуальный сон, в котором считал себя начальником Технокома. Причем, это было сделано не ради прикола, а лишь для того, чтобы я осознал громадье замыслов генерального коллеги и сложность ситуации — ведь и сатурняне, понимаешь, наглеют на глазах, и подчиненные от рук отбились. После оказания столь высокого доверия я в дальнейшем, само собой, буду действовать без выкрутас, с чувством долга и большим энтузиазмом. И умру за Техноком с улыбкой на устах.

Итак, мне предстоит с надлежащим усердием исполнить задание космической родины — стать сильным и умным плазмонтом. Но не тем плазмонтом, который против нас, а тем, который “за”.

ЧАСТЬ II

Сидела старуха в Железном Лесу

И породила тем Фенрира волчий род;

Из этого рода

Станет один Мерзостный тролль

похитителем солнца.

14. “Снова о пользе чтения”

Четкий прием. Симплекс.

“Пацаны, мы нехило знаем историю 21 века, так называемую эру Солнечной Системы, когда сыпанули, как из рога изобилия, страшненькие сюрпризы и неприятные диковины.

Однако в нашей башке засели лишь те события, которые случились после войны “грязных ног”. Она стала для нас точкой отсчета. Тогда бубухнуло криминальное городское “дно”, обернувшись скопищем бандгруппировок. К ним присоединились толпы обездоленных и озлобленных, короче, урки непричесанные, которые вместе со своими шмарами и детишками рванули из перенаселенных скудных стран к сытой жизни. У них были чумовые паханы, что поставили на террор и прочий беспредел. Кое-какие диктаторские режимы вложили в руки всего этого хулиганья сверхмодерновые и вдобавок портативные средства поражения: ракеты, бинарные газы, ядерные боеприпасы, штаммы патогенных микробов. Мировое “дно” замахнулось на то, чтобы стать мировой “крышей” во всех отношениях, поэтому упирало на идею Джихада и Исламской Революции: карающий Бог поможет-де перевернуть мир и почистить фраеров-безбожников по части деньжат, побрякушек, баб, домов и прочего барахла.

Солдафоны развитых стран, намастачившиеся на борьбу с бронетанковыми дивизиями противника, стали метать икру, когда началась партизанщина и прочий террор. Месяцами шла мочиловка, бои то затухали, то вспыхивали по новой, десятки городов были раскурочены, тысячи и тысячи народа врезали дуба. Когда война стихла, даже последний лох стал въезжать, что человек не способен по-умному управлять сам собой и все руководство было передано информационным технологиям.

Информационные технологии, то бишь кибероболочки, помогли народу скинуть все заботы. Облегчившись, человек разумный в два счета стал неразумным чуркой, который был на полную катушку использован доселе неизвестными паразитами — плутонами и мегавирусом Плазмонтом.

Когда информационные технологии на Земле были загашены, то народ перестал подмахивать паразитам, однако одичал, и вся история пошла почти с нуля.

В Космике информационные технологии были взяты под крутой контроль. Удовольствие оказалось дорогим — человек в натуре оказался операционной системой, монстром без чувств и привязанностей. Душе сделалось паршиво, и она потянулась к Вере, но огребла “подарок” в виде темной религии. Полномочным богом сатурнян стал недавнишний паразит — Плазмонт.

Где причина такой лажи, нам не врубиться, пока не крутанем колесо истории еще взад.

Рубеж девятнадцатого и двадцатого веков. Повсеместно подходит капец дикому варварству, темным суевериям, неприглядной нищете, эпидемиям от чумы до сифилиса, кошмарной смертности. Никто уже не строит нарочитые пирамиды из черепов на манер раскосого пахана Чингисхана. Отрешенность выходит из моды, миллионы людей заканчивают ковыряться в носу и встревают в исторический процесс.