Сколько впечатлений сегодня у студентов. И тёмный герцог, и дракон. День явно удался.

* * *

Чуда не случилось. Как и внезапного рояля. Радамир был безжалостен в плане оценки моих боевых возможностей. Все те многочисленные дуэли, через которые я прошёл в мире Меча, тоже способствовали поддержанию самооценки в максимально трезвом виде. Да и если уж на то пошло, то в этой жизни я в первую очередь воспринимал себя как кузнеца, а не как мечника. Одно не исключает другого, но мыслил я сначала в рамках категорий, какой артефакт для решения придумать, а потом уже в рамках категорий, как половчее рубануть мечом.

Не буду вдаваться в подробности, но суровая правда заключается в том, что не так уж сложно создать устройство, которое свёртывает кусок пространства. Запихнуть туда обычного человека легче лёгкого. Другое дело, сильные одарённые. У них хватает способов, как помешать тонким манипуляциям с пространством.

Подловить готового к бою архимага — нечего и мечтать. Подловить измотанного герцога, когда он значительно ослаб и приготовился отражать натиск теней… Это да, были шансы. Что и произошло.

Елена посмотрела на меня выразительно. Студенты косились как на исчадие инферно. Преподавательница едва дочитала лекцию, постоянно запинаясь. Ворвавшийся с опозданием Зануда наградил ещё более выразительным взглядом, чем Елена.

— Чего суетишься? — спросил я, когда он подсел ко мне после пары.

Зануда сначала ворвался на лекцию, нарвался на нервный крик преподавательницы «Да сколько можно?», вышел из аудитории, а там уже приблизился ко мне после звонка.

— Где Самохин? — спросил он.

— Под столом.

— А серьёзно?

— Если серьёзно, то мне интересно, как ты собирался останавливать спятившего герцога.

— Дипломатией. Слышал о таком?

— Я убедил архидемона оставить в покое твой родной город. Не учи отца строгать, как говорится.

— Эварницкий… — закатил глаза Зануда. — Где. Самохин⁈

— Сказал бы, что в лучшем мире, но — нет. Сейчас тусит в чистилище. Оттуда, скорее всего, на перерождение в тёмного духа отправится. Как переродится, ему совсем хана, — мстительно улыбнулся я.

Метка буквально делала его душу сладким лакомством для всех тёмных тварей

— То есть ты его грохнул? — выделил суть Зануда.

— А тебя только это интересует, да? А то, что институт остался стоять на месте, никто из студентов не пострадал, и что я уладил конфликт максимально нежно — это ты пропустил⁈ Вот и иди навстречу после такого.

Выдав это, я с гордо поднятой головой прошёл мимо и устремился на выход.

Настроение у меня было хорошим.

<p>Глава 10</p><p>Учеба, или Когда сложно увернуться от войны</p>

Воля императора была настолько щедра, что мне бонусом выделили допуск в совсем уж секретные клубы для избранных. Конкретно — в кружок артефакторов пространства.

Я-то наивно думал (или, точнее, не задумывался об этом), что наша группа является привилегированной, но по факту сословное общество делилось на допущенных к кормушке и всех остальных. Тех, кто качественно присел на какие-то темы, и тех, кому не посчастливилось родиться в правильной семье или с выдающимся талантом.

В этот серпентарий я входил с лёгким чувством любопытства. Не удивлюсь, если медведь испытает такое же любопытство, входя в болото с лягушками. Если наступить, то получится смачный чавк. Нельзя упомянуть и то, что Зануда в этот раз отработал на все сто десять баллов, заранее предупредив меня о вероятных проблемах и скинув аналитику по вероятному развитию событий. Я сильно удивился, когда получил, если честно. Меня не втягивали в интриги, не проворачивали ничего за спиной… Ладно, ладно, шучу. Конечно же, втягивали, но в этот раз с предварительной подготовкой.

Зайдя в мастерскую, увидел то, о чём мне говорили, наяву.

Есть три клана, что держат тему артефактов пространства. Кланы обширные, главные секреты у главных семейств. Клан ведь — это не один род. Обычно это несколько семей, объединённых между собой. Так Григорий Старов относился к клану Скворцовых. Сам мужчина решал всякие делишки, не всегда законные, а род его жены занимался… Как бы так помягче сказать. В любом деле есть сливки — самое сложное, интересное и прибыльное, а есть рутина. Вспомогательные роды занимались как раз рутиной. Темками, которыми им дозволяли заниматься. Так как жизнь штука сложная, а комплексного образования никто не отменял, все причастные к большой тройке детишки получали классическое образование на почве здешних институтов. С одной стороны, учились по широкому профилю, а с другой — состояли в закрытом кружке только для своих.

Пустить меня сюда — это как пустить лису в курятник или засунуть раскалённый улей в зад. Шансов разойтись миром и тихонечко влиться в коллектив не предполагалось. Так зачем я сюда пошёл? Любопытство. А зачем меня сюда направили? Так потыкать большую тройку, которой я уже на личные интересы наступил, выкинув на рынок десятки продвинутых артефактов.