Читаем Меч души полностью

Взгляд парня потеплел. Исчезла колючесть, направленная на меня.

— Не то слово, — не удержал я свои пять копеек. — Бороду отпустил. Скоро совсем мужчиной станешь.

— Ты как обычно, Давид, — бросил он на меня взгляд.

— Именно, полубожок, именно, — кивнул я ему, усмехнулся и потопал дальше.

Вскоре девушки меня догнали. Елена сообщила, что Михаил обижен на нас.

— Ещё бы, — фыркнул я. — Что взять с полубожка.

— Разве это не тот случай, когда ты сам создаёшь злодея? — поддела меня Даура.

— Это тот случай, когда мелкий злодей создаёт себя сам. Я изначально предупреждал, что не хочу дружить с полубогом. Как видите, я очень последователен в своих действиях.

— Ну да, ну да, — едко сказала Елена. — Ты предпочитаешь миленьких девушек в своём окружении.

— Собирался организовать гарем, но пошёл по классике, — ответил я не менее едко, на что получил двойной фырк.

* * *

Триумфального возвращения не получилось. Но это как посмотреть. Определённо, в зависимости от угла обзора, в нашем возвращении каждый мог углядеть разное.

Для начала стоило отметить, что если человек открывает одну дополнительную звезду, то это на нём почти никак не сказывается. Звезды состоят из узлов, и обычно их набирают постепенно. Общаясь с человеком, окружающие не замечают эти мелкие изменения, потому что те проходят плавно. Другое дело, если кого-то не видел пару лет и за эти годы человек открыл больше десятка звёзд. Не говорю про себя. Со мной-то всё понятно, да и как-то неловко восхвалять себя, такого талантливого и красивого. Другое дело — девушки. Имея доступ к высокоранговому источнику, после того как мы решили проблему с довольно токсичной энергией Великого Меча, конвертируя её в нечто более нейтральное и подходящее, вся наша женская группа ощутимо продвинулась по звёздам в первых пяти чакрах, вплотную подобравшись к золоту.

Очень серьёзный уровень для простолюдинок, в их возрасте обрести такое количество звёзд. Самое сытое будущее, если вдруг решат делать обычную карьеру, им уже обеспечено.

Проявлялось это и во внешнем виде. Одарённые здесь существуют достаточно давно, чтобы люди инстинктивно научились ощущать большую разницу в силе. Добавим к этому нашу пропажу, мою сомнительную славу, общую неоднозначность ситуации и получим, что общественность отреагировала как-то так — о, вернулись… чудища.

Особенно забавно было пересечься с теми, кто нас валил на экзаменах в прошлые разы. Ситуация-то резко переменилась. Меня отчислили, и вот я вернулся. Со славой мясника, после десятков дуэлей последних дней, да и просто горы трупов всех тех недоумков, что примчались на разборки. Встреча со старыми знакомыми среди студентов тоже в целом прошла скомканно. Кому понравится возвращение талантов, которые обскакали тебя по звёздам и получили особые условия обучения от самого императора? Не всех поразила зависть, но, как и сказал, триумфального возвращения не вышло. Мы с ходу погрузились не сказать, что в дружелюбную среду, но и не сказать, что сильно враждебную. Просто народ не определился, как на нас реагировать.

Были в этом всём и хорошие новости. Всё же в городке собрались многие идейные мастера, у которых на первом месте было творчество и артефакторика, а не интриги и борьба за место под солнцем. Точнее, одно другому не мешало, но просто есть те, кто понимал, что сотрудничество выгодная штука, а есть те, кто не обладает достаточным талантом и мозгами, чтобы понимать это.

Огоньку добавили и внешние обстоятельства. Один доморощенный злодей снова дал о себе знать.

* * *

Третьего учебного дня, когда я плюхнулся за парту, чтобы прослушать общую лекцию по продвинутому материаловедению, завибрировал телефон. Глянул, кто звонит, увидел незнакомый номер. Если это мошенники, то получится забавно.

— Слушаю, — ответил я.

— Это Самохин, — прозвучал хриплый, но узнаваемый голос.

— Вы ошиблись номером.

— Не дури, парень. Я по делу.

— Десять миллиардов, родовая земля возле столицы, и тогда нам найдётся, что обсудить.

— Ты уже получил два миллиарда от меня! — рыкнули с той стороны.

— Э, нет, дружище. Два миллиарда — это компенсация за моральные ущерб, полученная от императора. К нашим с тобой делам это никакого отношения не имеет.

— Ты переходишь черту.

— Так иди в другое место свои дела решай, — удивился я такой назойливости.

— Сам напросился, — сказал он угрожающе.

Я почувствовал себя неуютно и поёрзал на стуле. Доведённые до отчаяния люди — самые опасные. А уж если это проклятые герцоги ранга архимага…

— Всё в порядке? — спросила Елена, садясь рядом со мной.

— Самохин бузит, — ответил я.

— Идёт бить тебя или что похуже? — деловито спросила она.

— Сейчас узнаем.

Я достал из кольца артефакт, который был связан с тем кинжалом. Когда я им пробил герцога, то… Как бы так объяснить. На самом деле кинжал разрушился, и его задача была вложить проклятый конструкт в душу архимага. Что и было сделано. Это оставило ощутимый след, и, заранее подумав всевозможные варианты развития событий, я создал штуку, которая отслеживала приближение Самохина.