Может, выберусь к тебе на день рождения, если меня не будет, то хочу, чтобы ты мило прожила следующий год, и целую тебя. Я бы позвонил, но гроши! В общем, видишь, это меня беспокоит до жути, не могу выбраться. Эти два месяца очень важно быть здесь. Теперь ты можешь перезанять деньги до 10 числа 27 рублей, а потом получишь деньги от Нонки (это Витина пенсия). Это надо срочно сделать.

Целую Акимыча, пускай работает, а то скоро лето. Мать, ради Бога сделай чего-нибудь. Обними Танечку, соседям большой привет.

Крепко, крепко тебя целую.

Э. ШТЕЙНБЕРГ – Г. МАНЕВИЧ

С марта 1960 года после целого ряда многократных предложений Эдика выйти за него замуж я дала согласие на совместное существование, еще не зная, насколько оно будет долгосрочным, и он переехал в марте 1966 г. из Тарусы ко мне, в мою квартиру на Часовой улице, в районе метро «Аэропорт».

Летом я попала в больницу. Дни, проведенные там, оказались проверкой наших отношений.

Гале Маневич, 13 палата.

Лапка родная, очень волнуюсь, без тебя гнусно. Машка бегает и кричит. Быстрей поправляйся, очень, очень прошу тебя. Ладно? Как дела? Буду ждать ответа. Напиши подробно, если врач будет настаивать, чтобы ты полежала, то домой не рвись. Как-нибудь Бог поможет. Что тебе нужно, напиши. Поговори насчет уколов. Я тебя очень-очень люблю, знаешь.

Привет от Ирки и В.Г. Карандаш в пакете.

Гале Маневич, 13 палата.

Лапонька, ничего не знаю, как ты? Ради Бога, хоть пару строчек, если можешь. У меня хорошо. Сегодня после тебя у Кристины. Очень, очень волнуюсь, никаких сил нету без тебя, может быть, скоро выберешься отсюда.

Лапка, очень тебя люблю, очень, очень.

Ради Бога ответь чего-нибудь.

Гале Маневич, 13 палата.

Лапка, знаешь, если завтра состояние твое улучшится, то надо выписываться. Будем говорить с врачом. Бессмысленно лежать в этой больнице. Приехали ко мне В.Г. и Танька, я не работал, только все вымывал очень хорошо, уборную тоже очень хорошо. Завтра может быть достану работу, с утра надо позвонить. Утром поеду к тебе и попытаюсь поговорить с врачом и из больницы позвоню. Может завтра ты выйдешь. Хочу сообщить твоим родным, очень беспокоюсь, нам, Лапка, жить, а это может попортить нервы. Я хоть сегодня выспался и чувствую себя хорошо, только вот без тебя. Я и не думал, что будет так плохо, как щенку, которого топят. Кристине не звонил, не могу пока. Даже если ты выйдешь, проси, чтобы тебе не закрывали больничный лист.

Лапонька моя не волнуйся, очень люблю тебя, и когда ты придешь. Целую крепко, твой Эд. Большой привет от В.Г. и Таньки. Что тебе нужно, скажи мне, а то я не знаю, что тебе нужно.

Гале Маневич, 13 палата.

Лапонька родная моя, не знаю, когда и в каком состоянии ты выйдешь. Если так как вчера, я уже не могу. Я получил гроши 24 рубля, очень мало, и был в такой прострации, ни сил, ничего. Два дня уже так. Только водка, да и то, кроме головной боли и слабости, нет ничего. Видел вчера Кристину, они ничего не взяли. 20-го числа кто-то приедет, но не знаю. Домой пришел поздно, часа в 2. Хорошо, что еще сюда заезжал днем. Машка так радуется, когда я появляюсь, так трогательно это делает, плакать хочется. Только, что читаю твою записку, маленькая моя, – это жутко, но, слава Богу, что ты еще смогла написать. Когда я шел к тебе вчера, то встретил Володю Максимова. Он увидел меня и поперся со мной, не знаю почему. И, слава Богу, я еле пришел к тебе. «Вокруг света» ушел в отпуск. Завтра туда поеду, все узнаю. Родная моя, выходи ради Бога, у меня сил никаких, выздоравливай побыстрей. Пришла телеграмма от Леночки и Саши, они днем завтра приедут, и я уеду отсюда. После тебя сразу зайду на Васильевскую и потом сообщу вечером. Лапочка родная, очень, очень люблю, целую крепко. Привет от Машки. Напиши мне все как есть и не волнуйся. Сегодня возьму себя в руки, и все хорошо будет – прелесть Галка. Люблю Лапоньку очень, очень. Не могу без тебя, целую крепко. Твой Эдик. (Я буду ждать записку, если ты не можешь написать, попроси кого-нибудь, очень прошу.)

Э. ШТЕЙНБЕРГ – М. ГРОБМАНУ

1

Дорогой Мишка, привет.