Читаем Мать ученья полностью

— Нет, думаю, с заданиями я и так неплохо справляюсь, — покачал головой Зориан. Вообще говоря, скорее он справлялся слишком хорошо — как он ни пытался сдерживаться, по успеваемости он далеко обошел остальной класс. — Это личное. Все, что я могу сказать — что мне скоро нужно будет кое-куда съездить, и я не смогу взять ничего с собой. Ничего, кроме своей памяти. И хоть моя память и хороша, я не уверен, что смогу дословно запомнить, к примеру, сборник алхимических рецептов.

— Звучит подозрительно и зловеще, — заметила Ильза.

— Я не планирую ничего нелегального, — заверил Зориан.

— Даже не сомневаюсь, — издевательски-серьезно ответила Ильза. — Именно поэтому ты и разыскивал заклятья, допуска к которым у тебя, я точно знаю, еще нет.

— Именно поэтому я и был расстроен, когда вы подошли, — парировал Зориан. — Я думал, что нашел решение, но как оказалось, сейчас оно мне недоступно.

— Понятно, — сказала она. — Из чистого любопытства — нужен ли тебе доступ к сохраненной в памяти книге?

— Не уверен, что понял вас, — нахмурился Зориан. — Какой смысл в книге, если ее нельзя прочитать?

— Смысл в возможности копирования, разумеется, — улыбнулась Ильза. — Есть один фокус, которым пользуются мастера изменения, чтобы воссоздавать сложные объекты, не имея оригинала. Они создают мысленный оттиск объекта, сохраняют его в памяти, а потом просто отпечатывают копии этого оттиска, когда захотят. Ну, при наличии исходных материалов, конечно. В твоем случае это будет чистая тетрадь нужного размера и бутылек чернил.

— И… вы знаете, как это делать? — с надеждой спросил Зориан.

Ильза хмыкнула.

— Ну, я ведь тоже мастер школы изменения… Но даже если я соглашусь научить тебя, это весьма непростая комбинация заклятий. Для нее нужны серьезный опыт в изменении, и высочайший контроль плетений. Потребуются…

Зориан сконцентрировался и, не шевельнув ни пальцем, телекинезом снял с ближайшей полки тяжелую, окованную металлом книгу. Книга соскользнула с полки и подлетела к вздрогнувшей Ильзе. И прежде, чем профессор успела что-либо сказать, книга открылась и стала перелистываться, сначала медленно, потом все быстрей и быстрей, последние страницы промелькнули размытым пятном, и книга со щелчком захлопнулась. Закончив демонстрацию, Зориан вернул книгу на полку.

— Я не знаю, как мне прямо здесь показать свой опыт в изменении, — сказал в повисшей тишине Зориан, — но я могу преобразовать стальную сковородку в действующие часы. Насколько ваш метод сложнее?

— Не то чтобы сложнее, — Ильза хмуро смотрела на книгу на полке. — Но определенно отличается. Чтобы освоить его, тебе понадобится несколько дней тренировок, — она покачала головой и наконец вновь посмотрела ему в глаза. — Мы поговорим об этом в понедельник, мистер Казински.

— Значит ли это, что вы согласны научить меня?

— Еще нет. Понадобятся кое-какие проверки, чтобы убедиться, что для тебя это безопасно.

Вскоре Ильза ушла, оставив его наедине со своими мыслями. Он закрыл книгу и отложил в сторону. Способ Ильзы — не совсем тот вариант, что он искал, но, пожалуй, сойдет. По сути, он даже лучше, чем изначальная задумка. Куда менее утомителен. К тому же ему не придется мучительно расшифровывать информацию в голове каждый раз, когда решит что-то изменить или добавить. Да, он попробует этот метод.

Но читательский билет с высоким допуском он все равно украдет.

Две недели пронеслись в сплошных хлопотах. Большая часть из них была рутиной — сопровождение Тайвен и ее команды в Подземелье, уроки магии для Кириэлле или помощь Каэлу с алхимическими опытами (а заодно и периодические сканирования души, без особого, впрочем, результата). Ему повезло, что в этом цикле у Кириэлле была подруга ее возраста, так что сестра не претендовала на все его время. Он был вынужден признать, что в присутствии Ночки — какие бы скелеты ни хранила в шкафу ее мать — с Кириэлле было намного проще сладить, так что и в следующем цикле он наверняка пойдет через мост в парке.

Отдельного упоминания заслуживали две вещи. Во-первых, он выучил заклинания, о которых говорила Ильза, и они работали именно так, как обещано. Трудно даже представить, как его радовала долгожданная возможность сохранять письменные заметки из цикла в цикл. Каэл тоже был счастлив — теперь он мог пересылать себе-будущему куда большие объемы информации — и тут же вручил Зориану четыре полностью исписанные тетради, пообещав к концу месяца пятую. Оставалось надеяться, что количество тетрадей в следующих циклах будет расти помедленнее — в памяти Зориана был запас примерно на пятнадцать оттисков. Пакет памяти матриарха занимал слишком много места.