Читаем Мастер. Книга первая полностью

– Ника, я…– попытался начать разговор, но больше ничего не смог произнести. Её взгляд, перенесённый на меня, пустой и безразличный, передавил мой голос. – Вот это я и хотел тебе рассказать. Боялся твоей реакции, боялся, что не поймёшь, боялся потерять… навсегда…

– Зато не побоялся рассказать, что ты доминант. Ведь это было в твоих интересах, – высокомерно усмехнулась она.

– Да, ты права. Но тогда тоже боялся, что не примешь меня такого, какой я есть, – первый раз в жизни пришлось оправдываться перед женщиной, но от этого не чувствовал себя униженным, наоборот, хотел всё рассказать, раскрыть карты и быть честным с ней с этой минуты.

– Скажи, когда сейчас вышел из туалетной комнаты, ведь ты же понимал, что назад дороги нет?

– Да, понимал. Но не мог допустить, чтобы эта скотина так с тобой разговаривала…

Она встала, подошла к окну и снова бросила на меня равнодушный взгляд.

– Защитник, – и так же равнодушно уставилась в окно. – Жила без тебя и ещё проживу. Найду себе того, кто будет беречь не только моё тело, но и душу. Да хоть и этот Жирков. А что? Нормальный мужик. По крайней мере, он честен со мной.

– Что ты несёшь?! – я резко встал с дивана, хотел подойти к ней, схватить и прижать к стене, но остановился, сейчас был не в той позиции.

– Как что? Правду говорю. Он честно сказал, чем может помочь и что ему надо взамен. А ты? Ты после этого кто? Появился никем и стал постепенно раскрывать себя. Для чего? Что это, прятки?

– Ника, перестань! Мне и так больно!

– Ха! Больно?! Тебе больно?! – закричала она. – Ну ты и актёр…

– Да, мне! – крикнул в ответ. – Мне больно… Вот здесь, сука, больно! – я показал на грудь.

Подойдя к стене, со всей дури ударил кулаком. И ещё, и ещё, со звериным рыком стал бить стену, вырисовывая на ней свою боль.

– Знаю, что считаешь меня козлом, но и у козлов может болеть душа…– ещё удар и ещё…

Хотел сделать больнее телу, чем душе, чтобы разум переключился на другую боль, но ничего не получалось.

«Сука. Как мог так опуститься? Как? Как мог так поступить? Низко. Подло».

– Прекрати! – крикнула она, и я остановился. – Прекрати рушить всё… Мой дом, офис, мою жизнь… душу… Уходи, Макс…

Разбив кулак до крови и оставив на стене отпечаток своего идиотизма, сел на диван, облокотился на колени и схватил голову руками. Мысли комом накладывались одна на другую.

«Нет, я её не оставлю. Она должна меня выслушать и понять. Да, она поймёт, иначе пропаду, сгорю, сам себя уничтожу».

Встал, подошёл к ней сзади, остановился на расстоянии метра.

– Ника, прости! Понимаю твои чувства. Я бы на твоём месте даже слушать не стал, но прошу тебя, выслушай. Позволь рассказать всю правду.

– Ещё что-то есть? А вдруг это не правда, Макс? Вдруг это очередная ложь?

– Нет, Ника, я честно расскажу всё. Только… будет ещё больнее.

Она резко повернулась, вцепилась в меня глазами, будто искала в них искренности, и сказала:

– Говори.

– Помнишь благотворительный вечер в прошлое воскресенье? – начал я. – Там мы с Серёгой, моим братом, тебя и увидели. Я раньше даже никогда о тебе не слышал. Но был сражён твоей красотой, твоей энергетикой, твоим голосом…

– Дальше! – грубо перебила она меня.

– Я… захотел обладать тобою. «Эта женщина будет моя», – сказал сам себе.

– Представляю, как ты захотел обладать мною. Какие фантазии заиграли в мыслях, – с ухмылкой сказала она.

– Да, Ника, именно такие фантазии и возникли в моей голове… Но теперь знаю, что ты тоже не против них, – с улыбкой сказал я, поддев её подбородок.

Она дёрнулась.

– Дальше!

Я продолжил:

– Серёга выложил полное досье на тебя и сказал, что мне с тобой ничего не светит, что ты никого к себе не подпускаешь и что есть один только Станков. Он даже решил мне доказать это и пошёл с тобой знакомиться. Ты отшила Серёгу так, что он до сих пор на тебя зол, – я снова не смог сдержать улыбки, вспоминая лицо брата.

Ника слушала без эмоций.

– Он вернулся возбуждённый и сказал, что мне нечего с тобой ловить. Но я был бы не я, если бы так просто сдался. Тут он выдал, что, конечно, женщины, как видят мои деньги, тут же готовы отдаться. А я возразил, мол, ты не такая и деньгами уж точно тебя не покорить. И мы решили… поспорить.

– Что, прости? Поспорить? – чуть ли не шёпотом переспросила Ника, и немая маска застыла на её лице.

Моему отчаянию не было предела, когда увидел её глаза.

– Да. Мы поспорили, что я пересплю с тобой, но ты не будешь знать моего финансового положения.

Она опустила глаза. Тишина… В ответ тишина… Лучше бы кричала. Сказала всё, что думает обо мне. Только не молчание…

Ника прошла к рабочему столу, потом к окну напротив, к дивану, и тут позвонил телефон. Она снова приблизилась к столу, села в кресло и ответила:

– Да… Уже приехали? Проводи их в ресторан. Скажи, что подойду через десять минут.

Она отключила телефон. Я подошёл, встал рядом и сказал:

– Ника, прошу тебя, не молчи, скажи хоть что-нибудь.

Моё сердце бежало марафон на длинную дистанцию. И всё зависело от её слов. Или дистанция закончится – и оно успокоится, или за поворотом окажется пропасть, и я на бешеной скорости прыгну в никуда.