Прищурившись, Фин всмотрелся вперед и отступил в тень ближайшего судна.
– Но я ни одного солдата не заметил, – удивился он. – Ну и зрение у тебя… или это все магия?
Содья показала на галеон за их спинами, на котором был нарисован такой же ворон:
– Большинство пришвартованных здесь кораблей принадлежат моей семье. Но без магии тоже не обошлось.
– Это ведь хорошо, да? – спросил Толк. – Раз корабль под охраной, может, Квинн его не нашла?
– Сам посуди, – ответил Фин, – мы обнаружили его всего за несколько часов, и это ночью, а у Квинн имелся на поиски целый день. Так что либо она отказалась от своей затеи, либо…
– …Нашла посудину, и все полетело в пекло. – Толк глянул на белого кролика и выругался. – И каков план? Обыскать «Прыткого»?
– Вряд ли наша троица там, – возразила Содья, не сводя глаз с арбалетчиков на палубе. – В какую бы передрягу они ни влипли, это наверняка случилось несколько часов назад.
– Тогда где их искать?
Содья поджала губы.
– Думаю, их либо убили, либо взяли под стражу. Если первое – их трупы с привязанными к лодыжкам камнями лежат сейчас на дне реки; второе – их увели к хозяину Речного округа.
– К архонту Кранаку, – мрачно произнес Толк. – Гниль и вонь, он ведь с них кожу живьем сдерет!
– Это если им повезет, – сказала Содья. – А если нет – Кранак позовет надзирателей.
– Проклятое пекло! – выругался Фин. – Хочешь сказать, они попали в лапы к Ристе?
– Не знаю. Может, мы вообще напрасно волнуемся. Я ведь плохо знаю Квинн – вдруг она передумала…
– Ее схватили, – убежденно заявил Толк. – И Сиджа с Поли тоже, потому что они бы не бросили ее. Квинн никогда не идет на попятную, никогда не прощает долгов и никогда не продумывает ничего заранее – просто летит вперед, как оголтелая.
– Ладно, допустим, случилось худшее, – предположил Фин, у которого руки так и чесались схватиться за меч. – Куда Элар повел бы их? В какое-нибудь место в Речном округе?
– Нет. – Содья покачала головой. – Лишние свидетели ему не нужны, а вдоль реки они повсюду. Пусть половина городских стражников и кормится с руки Гильдии, они с радостью насадят голову Кранака на пику, дай он им хоть малейший повод. А у Ристы, помимо родного дома, есть лишь одно место в городе, где он может вдоволь истязать пленников, не боясь привлечь ненужное внимание.
– Костяной двор, – догадался Фин.
– Именно.
– Лопни мои кости, Содья. Мы что, отправимся туда прямо сейчас? – Толк поежился. – Это место и днем-то чистый кошмар, а уж ночью…
– Знаю, – спокойно ответила та. – Поэтому Квинн, Сидж и Поли, скорее всего, сейчас там. Как и Риста.
Толк повернулся к Фину:
– А ты что скажешь?
– Я уже сражался там с Кранаком и, как видишь, до сих пор жив.
О том, что, если бы не Цзянь Никлосс, Фина сейчас не было бы в живых, Толку вряд ли следовало знать. Фин сделал решительное лицо, пытаясь не выдать собственного страха, и добавил:
– Квинн же твой друг. И Сидж с Поли – тоже. – Он посмотрел на Содью. – Они – семья.
Их взгляды встретились, и Фин понял: он только что выразил ту самую мысль, которую ни один из них не осмеливался произнести вслух.
Толка эти слова, само собой, тоже задели за живое.
– Посохи серебряные! – воскликнул он. – Да будь я проклят, если брошу свою семью в беде. Пошли! До Пепелищ путь неблизкий, надо поторопиться, если хотим спасти ребят!
– Мы не пойдем, – сказала Содья. – А поплывем. Сэкономим и силы, и время.
– Поплывем? – переспросил Толк. – Ты что, лодку с собой в кармане носишь?
– Нет. – Она указала на старый корабль, когда-то принадлежавший семье Гвин. – У меня есть корабль.
– Даже если нам и удастся его угнать, кто встанет за штурвал?
Содья кивнула в сторону солдат, стоявших на палубе:
– Они.
– С какой стати?
На губах Содьи заиграла зловещая улыбка.
– Один из них одет в пурпурно-серое – это цвета дома Сэворов, а значит, он надзиратель.
– Кеос, – выдохнул Толк. – Это лишний раз подтверждает, что Квинн с ребятами и правда попали в переплет. – Он немного помолчал. – Ты же вроде давно ушла из надзирателей. С чего бы им слушаться тебя?
– С того, что когда-то они уже выполняли мои приказы, а значит, заставить их повиноваться будет проще.
Содья вынула из складок туники жезл принуждения, подмигнула Толку и Фину и твердым шагом направилась к сходням «Прыткого».
Команда пришвартовала корабль на северной оконечности города, недалеко от границ Пепельного квартала. Сойдя с трапа, Содья, Фин и Толк нырнули в узкую улочку и дальше отправились по крышам. Чем дальше продвигались они на северо-запад, тем больше обветшалых и заброшенных домов попадалось им на пути. Идти приходилось почти в полной темноте: луны не было, а нищие обитатели квартала, затаившиеся в обшарпанных стенах, боялись даже свечу зажечь, чтобы не привлечь к себе нежелательного внимания. Изредка встречались брошенные костры, и топливом для некоторых из них служил хлам, а для других – кое-что намного страшнее. С каждым шагом вонь от человеческих отходов и гнили, смешанная с запахом пепла и горелого мяса, становилась все невыносимее.