Читаем Мастер-Арфист полностью

Ф'нор хихикнул про себя. Мать всегда мать, подумал он, и Лесса, без всякого сомнения, так же тряслась бы над Фелесса-ном, своим единственным ребенком. Хорошо, что в Вейрах существовала традиция усыновления; Фелессану гораздо спокойнее живется с приемной матерью, чем жилось бы с Лессой — если бы ей пришло в голову взяться за его воспитание. Он хороший парнишка... самый подходящий для Запечатления бронзового дракона из всех ребят, которых Ф'нор видел за последние Обороты.

Ф'нор выловил добрый кусок мяса и, запустив в него зубы, продолжал размышлять о женских капризах. Все девушки, которых он встречал, жаждали попасть в Бенден-Вейр. Они не хотели рожать детей, одного за другим, до самой старости — точнее, до тех пор, пока их тело не превратится в развалину. В Вейрах женщины были свободны в своих привязанностях и вели деятельную жизнь. Та же Манора, которая видела, наверно, вдвое больше Оборотов, чем последняя жена лорда Сайфера из Битры, выглядела моложе. Ну, всадник предпочитает сам искать любовь; женская навязчивость претит ему. К тому же в нижних пещерах Вейра хватает свободных девушек...

Кла пах все тем же едким снадобьем; Ф'нор не смог его одолеть. Он быстро дожевал мясо, глотая большие куски и стараясь не обращать внимания на их вкус. Ладно, хватит! Может быть, в кузнечной мастерской Телгара ему удастся что-нибудь перехватить.

— Кант'! Манора дала нам поручение! — сообщил он коричневому, выбираясь из нижних пещер. Как все-таки женщины выносят этот запах?

Дракон тоже не мог понять. Испарения кипящего бальзама не дали ему заснуть на теплом карнизе. Предложение побыстрей убраться из Бендена было одобрено им сразу и бесповоротно.

Они висели над Телгар-холдом, купавшимся в щедром сиянии утреннего солнца. Ф'нор направил дракона вдоль узкой долины к группе построек, растянувшихся слева от Водопадов.

Солнечный свет искрами дробился на водяных колесах, которые неустанно вращались водяным потоком, падавшим с трехступенчатого каскада, и раздували огонь в горнах мастерской. Из труб массивных зданий поднимались струйки дыма; пахло металлом и горючим камнем. Когда Кант' спустился ниже, Ф'нор увидел вдалеке облако пыли — от ближайшей переправы через главную реку Телгара шел обоз с рудой. Фандарел установил на баржах колеса, и теперь руда из копей Крома и Телгара попадала в кузнечные мастерские вдвое быстрей.

Кант' издал приветственный крик, на который немедленно ответили два дракона, зеленый и коричневый, восседавшие на небольшом утесе рядом с главной мастерской.

«Бет'а и Севент' из Форт-Вейра», — сообщил своему всаднику Кант'.

Ф'нор их не знал. Времена, когда человек мог запомнить каждого дракона и всадника на Перне, миновали.

— Присоединишься к ним? — спросил он коричневого.

«Они — вместе», — многозначительно ответил Кант'. Ф'нор усмехнулся.

Словно подтверждая это, зеленая Бет'а придвинулась к коричневому Севент'у; тот развернул крыло, нежно прикрыв им подругу. Разглядывая блестящую шкуру самки, Ф'нор подумал, что всадникам не стоило позволять паре в таком состоянии покидать Вейр.

Когда они пролетали над скалой, Ф'нор похлопал Кант'а по мощной шее, но тот, видимо, не нуждался в утешении. «Еще бы, — подумал Ф'нор с легким самодовольством, — он не испытывает недостатка в партнершах!» Зеленые всегда оказывали предпочтение коричневому — такому же огромному, как самые большие бронзовые драконы на Перне.

Кант' приземлился, и всадник спрыгнул вниз. Пыль, поднятая крыльями дракона, взметнулась в воздух, завихрилась клубами, и Ф'нор бросился вперед, прикрывая ладонью лицо. По пути в главную мастерскую он миновал несколько навесов, под которыми кипела работа. Большинство операций, выполнявшихся чумазыми, потными работниками, были ему знакомы, но возле одного навеса он задержался. Ф'нор смотрел, пытаясь сообразить, для чего ремесленники протягивают металлические прутья сквозь пластину с отверстиями, — пока не понял, что материал превращается в тонкую проволоку. Он собирался спросить о деталях процесса, но вовремя заметил угрюмое, замкнутое выражение на лицах кузнецов. Приветливо кивнув им, Ф'нор двинулся дальше, встревоженный подчеркнутым безразличием — нет, скорее неприязнью, — которое он вызывал. Он начал жалеть, что согласился выполнить просьбу Маноры.

Но мастер-кузнец Фандарел был, вероятно, единственным человеком, который мог объяснить, почему металл изменил цвет жизненно необходимой мази. Ф'нор приоткрыл корзинку и заглянул внутрь — оба горшочка находились на месте. Этот почти инстинктивный жест заставил его усмехнуться — словно на миг вернулись детские опасения потерять нечто важное, доверенное ему.

Вход в главную мастерскую выглядел впечатляюще — под массивной аркой могла бы пройти в ряд, не поцарапав шкуры, четверка быков. Может быть, мастер-кузнец Перна был под стать двери своего цеха. Проходя в темный зев пещеры, Ф'нор в который раз любовался на необъятные створки ворот в виде широко распростертых крыльев дракона. Творение природы, с великим искусством повторенное в металле — для пользы людей...