— Если сейчас Вейр сделает хоть одно движение, — провозгласил Р'гул, предостерегающе подняв руку, — все лорды поднимутся против нас. — Его рука резко опустилась, словно рассекла стол Совета клинком.

Предводитель, широко расставив ноги и подняв голову, переводил сверкающие глаза с одного мятежника на другого. Он возвышался на добрый локоть над невысоким коренастым Д'нолом и стройным Т'бором. Сравнение было не в их пользу: Р'гул имел вид строгого патриарха, выговаривающего заблудшим детям.

— Дороги в отличном состоянии, — продолжал Р'гул поучительным тоном. — Ни дождя, ни снега, которые могли бы остановить наступающую армию. После убийства Фэкса, — его голова слегка повернулась в сторону Ф'лара, — лорды держат наготове всех своих вооруженных людей. Вы помните, конечно, как плохо принимали нас во время последнего Поиска? — Р'гул поочередно пронзил каждого бронзового всадника многозначительным взглядом. — Вы знаете настроение в холдах, вы видели их силу. — Он вздернул подбородок. — Неужели вы настолько глупы, что собираетесь сражаться с ними?

— Немного огненного камня... — гневно начал Д'нол и замолк. Его поспешные слова потрясли остальных всадников — как и самого Д'нола. От мысли об умышленном применении огненного камня против человека у Лессы перехватило дыхание.

— Но что-то же нужно делать... — пробормотал вконец запутавшийся Д'нол, бросая отчаянные взгляды то на Ф'лара, то на Т'бора.

«Если Р'гул победит, это будет конец, — подумала Лесса с холодной яростью. — Нужно действовать немедленно!» Сконцентрировавшись, она послала ментальный сигнал Т'бору. По опыту, полученному в Руате, она знала, что легче всего влиять на людей, испытывающих сильные эмоциональные переживания.

Лесса напряглась... Если только ей удастся... Внезапно снаружи раздался трубный рев дракона.

Острая, мучительная боль пронзила ее голову. Ошеломленная, она отпрянула назад, неожиданно натолкнувшись на Ф'лара. Он схватил ее за руку; пальцы всадника сомкнулись, словно железные оковы.

— Ты... ты посмела воздействовать... — свирепо прошипел он ей в ухо, с притворной заботливостью вталкивая Лессу в кресло. Пальцы его продолжали сжимать руку девушки с нечеловеческой силой.

Лесса сидела неподвижно, судорожно сглатывая, потрясенная двойным противодействием. Когда она пришла в себя, критический момент остался позади.

— Сейчас ничего нельзя сделать, — с убеждением говорил Р'гул.

«Ничего...» Слово отдалось похоронным звоном в ушах Лессы.

— Вейру нужно вырастить молодых драконов... Воспитать юношей согласно древним традициям и Законам...

«Пустые традиции, — оцепенело думала Лесса, переполненная горечью. — И сейчас они разрушают Вейр...»

В бессильной ярости она взглянула на Ф'лара. Тот предупреждающе стиснул запястье девушки; пальцы сжимались до тех пор, пока у нее вновь не перехватило дыхание от боли. Сквозь нахлынувшие слезы она увидела, как молодое лицо К'нета искривилось гримасой удивления и стыда. Надежда вновь вспыхнула в ее душе.

С трудом она заставила себя расслабиться. Медленно, медленно... словно Ф'лар действительно испугал ее. Достаточно медленно, чтобы он поверил в ее капитуляцию.

Как только представится удобный случай, она потолкует с К'нетом. Ему понравится идея, которая только что зародилась у нее... К'нет молод, податлив... и, без сомнения, очарован ею... Он превосходно послужит ее целям.

— Не в блеске сокровищ Вейра оплот, — нараспев декламировал Р'гул строки древней Баллады, — жадность несчастье Крылатым несет.

Лесса пристально посмотрела на этого человека — настолько струсившего, что теперь он прикрывал моральное поражение Вейра лицемерной проповедью.

Глава 2

В поступках, мыслях и словах.

Они встают живым заслоном

На смертных Перна рубежах —

Там, где решает взмах крыла:

Жить миру иль сгореть дотла.

— Что случилось? Благородный Ф'лар нарушил традицию? — осведомилась Лесса у Ф'нора, когда коричневый всадник начал с изысканной вежливостью объяснять ей причины отсутствия командира.

С некоторых пор Лесса больше не старалась сдерживать язык при встречах с Ф'нором. Коричневый всадник понимал, что не он является мишенью ее сарказма, и редко обижался. Казалось, что сдержанность брата частично передалась ему.

Однако сегодня от обычной терпимости не осталось и следа — на лице Ф'нора застыла маска сурового неодобрения.

— Он выслеживает К'нета, — резко сказал Ф'нор.

В его темных глазах промелькнула озабоченность. Он откинул со лба густые волосы — тем же жестом, что у Ф'лара, — и это вызвало у Лессы еще большее раздражение.

— Действительно? Лучше бы он последовал его примеру, — язвительно заметила она.

Ф'нор сердито нахмурил брови.

«Отлично, — подумала Лесса. — Кажется, мне удалось его достать».

— Пора бы тебе понять, госпожа, что К'нет слишком вольно трактует твои указания. Хищения в разумных пределах, наверное, не вызвали бы протеста, но К'нет слишком молод, чтобы проявлять осмотрительность.