Читаем Мастер-Арфист полностью

Ловкий ход, подумала Лесса. Он дал Тилареку возможность наглядеться на Рамот'у. На обратном пути руатанец станет рассказывать о необычайной величине и превосходном состоянии молодой королевы, и каждый раз его история будет обрастать все новыми подробностями. Несомненно, Тиларек в своих рассказах не обойдет и госпожу Вейра.

Лесса подождала, пока Ф'лар предложит посланцу вино, затем развернула свиток из тонкой кожи. Радость захлестнула ее — наконец она узнает новости из Руата! Она разобрала первые строки, написанные Лайтолом:

«Ребенок растет крепким и здоровым...»

Дальше! Ее не слишком интересовало здоровье младенца.

«Холд очищен от зелени — от вершин скал до стен мастерских. Урожай был очень богатым, стада множатся. Посылаю десятину, что причитается от холда Руат. Пусть процветает Вейр, защищающий нас».

Лесса тихонько фыркнула. Да, Руат выполнил свой долг — и напомнил, что три другие холда, отдавшие положенную десятину, не прислали слова приветствий. Послание Лайтола заканчивалось на тревожной ноте:

«Весть для осторожных и умудренных. После смерти Фэкса центром недовольных стал Телгар. Мерон, нынешний правитель Набола, тоже очень силен; я чувствую, он стремится стать первым, в Телгаре его тоже опасаются. С тех пор как я говорил с бронзовым всадником Ф'ларом, раздор среди правителей холдов стал еще сильнее. Вейр должен быть настороже. Если Руат может служить вам, пришлите слово».

Прочитав последнюю фразу, Лесса нахмурилась. Сообщение Лайтола только подчеркнуло тот факт, что лишь считаные холды готовы оказать Вейру какую-либо помощь. Она подняла голову.

— ...и над нами смеялись, мой господин, — говорил Тиларек Ф'лару, промочив горло добрым глотком вина из запасов Вей-ра, — когда мы делали то, что велит долг и Законы. Но забавно — чем ближе мы подходили к хребту Бенден, тем меньше насмешек слышали. — Он снова глотнул из кубка и задумчиво покачал головой. — Люди плохо понимают вещи, с которыми сталкиваются нечасто. И они действуют так, как будто стремятся причинить зло самим себе... Разве я могу отрубить свою руку, которая держит меч? — Он сделал несколько резких взмахов правой рукой, словно сжимал в ней тяжелый клинок. — Я так долго тренировался и накапливал силу — а с потерей руки не смогу защищать себя в бою... Странно все это... — Он опять покачал головой. — Некоторые люди, мой господин, искренне верят болтовне разных крикунов... Другие верят потому, что боятся не верить...

Тиларек посмотрел на свою большую ладонь и резко стиснул пальцы в кулак, потом снова повернул к Ф'лару раскрасневшееся лицо.

— Однако мне, потомственному солдату, трудно сносить насмешки ремесленников и простых фермеров. Нам, правда, велели держать мечи в ножнах — мы так и поступали. И говорили с людьми спокойно. — Он криво усмехнулся и отвел глаза в сторону. — Правители холдов вооружили всех своих людей... с тех пор, как в последнем Поиске...

Тиларек неожиданно замолк, уставившись на свой кубок. Интересно, что он хотел сказать, подумала Лесса. Губы руатанца твердо сжались; потом он промолвил почти угрожающе:

— Кое-кто пожалеет, когда Нити упадут на зелень, что выросла у его порога...

Ф'лар, любезно улыбаясь, вновь наполнил кубок посланца и стал небрежно расспрашивать об урожае в холдах, которые тот посетил по пути к Бендену.

— Превосходный — обильный и полновесный, — заверил Тиларек. Он разволновался и начал проглатывать слоги: — Г'рят, урожай этого Оборота — самый б'гатый на пам'ти стариков. Виноградники Крома дали вот такие грозди! — Его огромные ладони описали большой круг, и слушатели, чтобы не обмануть ожиданий рассказчика, восхищенно подняли брови. — И я ни'гда не видел, чтобы колосья телгарской пшеницы были такими тяжелыми и налитыми. Ни'гда.

— Перн процветает, — сухо заметил Ф'лар.

— Прошу извинить меня, — Тиларек взял с подноса сморщенный плод, — я подбирал лучше, чем этот, на дорогах, по которым в холды свозят урожай. — Он в два приема покончил с плодом и вытер пальцы о тунику. Затем, внезапно сообразив, что сказал, посланец торопливо добавил: — Но Руат-холд послал вам все лучшее. Самые лучшие плоды, как и положено. Никакой падалицы — будьте уверены!

— Приятно знать, что Руат хранит верность Вейру — и подтверждает это в полной мере, — успокоил его Ф'лар. — В хорошем ли состоянии дороги?

— О, да. Но с погодой творятся странные вещи. Холодно, потом вдруг тепло... Словно мир забыл, какой нынче сезон. Снега нет, дождей мало. Но ветер! Вы не поверите! Г'рят, побережье сильно пострадало от наводнений. — Он с удивлением округлил глаза, а затем, склонившись к слушателям, многозначительно добавил: — Г'рят, что дымящаяся гора Исты, которая появилась, а п'том... пфф — и вдруг исчезает... появилась снова!

Ф'лар выглядел спокойным, но Лесса уловила блеск неподдельного интереса в его глазах. Слова посланца звучали подобно строфам Баллад, которые Р'гул заставлял ее заучивать. И смысл их был столь же темен.

— Ты должен остаться на несколько дней и хорошо отдохнуть вместе со своими людьми, — радушно пригласил Ф'лар, провожая Тиларека к выходу.