Читаем Масса Причера полностью

— Мы должны попытаться добиться максимальной концентрации наших работников на целенаправленном и сознательном строительстве Массы, — объяснил Марти. — Именно поэтому над входом в шлюз начертано предупреждение. Именно по этой причине я разговариваю с вами сейчас. Забудьте обо всем, что связано с Землей. Выкиньте из головы все земные проблемы, все земные привязанности. И если воспоминания в один прекрасный день все же дадут новые ростки, немедленно и без всякой жалости искорените их. Сконцентрируйтесь на Массе, на своих коллегах и на том мире, который мы надеемся отыскать. Забудьте Землю и всех, кто на ней остался. Считайте, что они для вас умерли. Вас могут и не взять в новый мир. Обстоятельства складываются таким образом, что вряд ли кто-нибудь из нас попадет туда. Но и на Землю вы не вернетесь. Если вы умрете, то мы не станем переправлять туда ваше тело. Помните об этом постоянно и медитируйте, чтобы сконцентрироваться на самом главном.

Медитируйте...

«Будешь здесь — мое имя ты вспомни...» — прозвучало откуда-то из дальних уголков памяти... Эйлин...

Марти встал и протянул ему руку. Чаз поднялся следом и пожал руку директора.

— Что ж, — директор улыбнулся, — Джай введет вас в курс дела. Удачи!

— Спасибо, — поблагодарил Чаз.

Он последовал за Джаем в приемную, где Этрия продолжала бубнить в микрофон. Они вышли в коридор и поднялись вверх.

— Хочешь посмотреть свою каюту? — спросил Джай. — Или вначале взглянешь на Массу?

— Конечно, на Массу. — Чаз недоверчиво посмотрел на него. — Я что, могу вот так запросто взять и выйти на нее?

— Ну да, — улыбнулся Джай. — Если тебе не терпится, ты можешь прямо сейчас приступить к работе. Но я бы не советовал. Лучше сначала набраться опыта, почувствовать на себе, что значит — быть там, на самом верху. А уж потом браться за дело.

— Браться за дело? — переспросил Чаз, осознав, что Джай не шутит. — Но как? Я даже не знаю, чем буду заниматься. Не говоря уж о том — как.

— Тут тебе никто не сможет помочь, — ответил Джай. — Ты сам должен во всем разобраться. Понимаешь, для каждого подход к Массе строго индивидуален. У каждого человека свой собственный опыт, и каждый отдельный индивидуум должен отыскать свой метод работы. Как сказал Леб, этот процесс творческий, мы все здесь художники. Тебя никто этому не сможет научить.

— Но как же я тогда буду работать?

— Пробуй и экспериментируй, пока что-нибудь не получится, — пожал плечами Джай. — Возможно, тебя озарит в ту самую минуту, как ты ступишь на поверхность платформы. А может, лишь через несколько месяцев. Обычно месяца за три новички набираются кое-какого опыта.

— Но ведь кое о чем ты мог бы мне рассказать, — возразил Чаз. По мере приближения к поверхности Массы нервное возбуждение, которое он ощутил, как только ступил на платформу, нарастало.

Джай покачал головой.

— Как только ты найдешь собственный метод работы с Массой, то сам все поймешь, — сказал он. — Ты будешь знать, что и как нужно делать, но не сможешь объяснить это никому другому. Мой совет — не форсируй события. Не нужно напрягаться. Пусть все идет своим чередом. Ты ведь знаешь — бесполезно пытаться силой заставить себя что-либо понять. Нужно просто прислушиваться к своим ощущениям и эмоциям, пока инстинкт не подскажет, за что ухватиться.

Лифт остановился. Шахта над их головами уперлась в потолок. Джай провел Чаза в небольшое помещение, забитое монтажным оборудованием. Там они оба натянули космические скафандры, выбрав их из целого ряда висевших возле другого лифта.

И на этом же лифте, уходящем сквозь потолок, они поднялись в небольшую надстройку без окон, в которой находился шлюз.

— Ну теперь держись, — сказал Джай по переговорному устройству и первым вышел из шлюза.

Чаз не понял, что означают его слова, но, как вскоре выяснилось, это не имело никакого значения. Как бы он ни готовился к встрече с Массой Причера, любые усилия оказались бы совершенно бесполезными.

Чаз ступил на огромную металлическую равнину, окруженную сверкающим звездным куполом. Казалось, этот купол держится на поблескивающих в темноте стальных мачтах-антеннах. Все выглядело так, как он и читал, не было лишь призрачных очертаний гигантского подъемного крана, царящего над всем этим великолепием. Вместо этого в сознании Чаза вспыхнул образ монокристалла, подвешенного в питательном растворе на прозрачных нитях — клети лифтов, мачты и фуникулеры на стальных тросах словно сложились в единое целое. На мгновение он почти убедил себя, что в центре всего этого нагромождения видит Массу Причера, похожую на гигантский красный кристалл ферроцианида калия.

— Сюда, — позвал в наушниках голос Джая. Потянув Чаза за рукав скафандра, Джай повел его к основанию ближайшей мачты. Они вошли в клеть лифта, в которой с трудом могли поместиться два человека.