Читаем Масса Причера полностью

Чаз пожал ему руку.

— А меня зовут Чарльз Руми Сант.

— Ну, это мне известно, — мягко рассмеялся Джай. Его худощавое лицо излучало добродушие.

— У нас на тебя имеется толстенное досье. Его доставил транспортный корабль, вместе с почтой. Сейчас я отведу тебя к нашему директору, Лебделлу Марти. Он введет тебя в курс дела. Ты знаешь, где мы сейчас находимся?

— Я немного знаком со схемами, — ответил Чаз. На самом деле он не раз рисовал схемы Массы в памяти во время полета. На них Масса изображалась единой конструкцией, имеющей трехуровневую структуру. Нижняя часть представляла собой гранитный монолит размером двадцать на восемь миль и походила на яйцевидный астероид с деформированным концом. Половину поверхности яйца занимала огромная стальная платформа высотой с четырнадцатиэтажный дом. Вся ее верхняя часть ощетинилась лесом разнокалиберных антенн — стальных мачт высотой от сотни метров до километра и выше. Между ними тянулись стальные тросы, а мощные лифты и фуникулеры позволяли людям подниматься на мачты и перемещаться от одной к другой.

А вокруг всего этого нагромождения, за мачтами и тросами, простиралась невидимая человеческому глазу и недоступная физическим приборам сама Масса Причера. На плане ее изображали в виде полупрозрачной туманности, очертаниями похожей на гигантский подъемный кран; хотя вряд ли кто мог представить подъемный кран, стрела которого уходила бы на несколько световых лет, достигая иных миров.

— Третий этаж. Западный сектор? — определил Чаз.

Понятие «запад» здесь было весьма относительно. Для удобства один из концов платформы условно считали «западом», а другой «востоком». Направление к внешней поверхности платформы именовалось «верхом».

— Совершенно верно, — согласился Джай. Голос у него был низкий. — Мы направляемся в Центральную зону, в офис директора.

Джай первым вышел из шлюза, и они оказались в помещении побольше, наполовину заполненном автопогрузчиками и прочей техникой, предназначенной для транспортировки грузов. Некоторые из агрегатов сновали между шлюзовыми люками.

— Чтобы выгрузить припасы и отправить транспортник обратно, потребуется не меньше тридцати часов, — пояснил Джай, когда они, миновав вращающиеся металлические двери, прошли в широкий коридор, по которому, на одном уровне с полом, тянулись движущиеся ленты-дорожки. Они ступили на одну из лент, и она понесла их вдоль ярко освещенного коридора с металлическими стенами.

— Это наша складская зона, — сказал Джай.

— Наверху, наверное, жилые и рабочие этажи? — поинтересовался Чаз, когда они миновали открытый вход, за которым виднелся склад, заставленный картонными ящиками на поддонах.

— С четвертого по шестой и с восьмого по четырнадцатый этажи находятся каюты и рабочие зоны, — ответил Джай. — Седьмой этаж — административный, там одни офисы. Первоначально каюты для административного персонала — тех, кто не обладает паранормальным даром, — также располагались на седьмом уровне. Но потом мы решили, что это психологически разобщает людей, поэтому сейчас административные работники живут вместе с нами.

— С нами? — Чаз покосился на Джая. — Мне кажется, ты сказал, что являешься заместителем директора?

— Так оно и есть. Но кроме того, я работаю на Массе Причера. В администрации работники Массы представлены наравне с остальными. Леб, наш директор, не относится к работникам. — Джай улыбнулся. — Мы здесь предпочитаем делить людей на работников и неработников, а не на одаренных и неодаренных. Это в меньшей степени задевает тех, кто не может принимать участие в работах на Массе.

Пребывая в каком-то непонятном замешательстве, Чаз лишь молча кивнул. Он так много думал о работе на Массе, что и сам уверовал в то, что наверняка получит ее, но никак не ожидал, что от одного присутствия на ней почувствует столь сильное возбуждение. Тем не менее это было так. Но ему с трудом верилось; что захлестнувшие его эмоции вызваны только волнением.

— Я чувствую какое-то непонятное возбуждение, — повинуясь внезапному порыву, сказал Чаз. Он не привык распространяться о своих чувствах, но от Джая исходила такая дружелюбная, располагающая к доверию аура, что Чаз не удержался. — Смешно, но мне кажется, будто я нахожусь рядом с генератором статического заряда, от которого волосы становятся дыбом. Только это не волосы, а мои нервы — встали торчком и не желают успокаиваться.

Джай спокойно кивнул.

— Ты еще привыкнешь к этому, — сказал он. — Это один из признаков близости Массы — ведь ее невозможно увидеть, прикоснуться или измерить. Подобное ощущение испытывают даже те, кто не работает на ней. И это несмотря на то, что они не обладают особой чувствительностью.

— Ты хочешь сказать, что те, у кого нет паранормального дара, тоже чувствуют Массу? — Чаз посмотрел вверх. — Выходит, все дело в условиях?

Джай пожал плечами.