Читаем Маськин полностью

Маськин спросил Левый тапок, не знает ли он об этой замечательной личности, и Левый тапок Маськину всё о ней поведал, потому что, несмотря на левые взгляды, немцев очень уважал, отличался начитанностью в марксистских источниках в оригинале и гордился своим личным знакомством с Карлушкой Марлушкой, который левую обувь уважал и хоть и был не совсем немцем, но ассоциировался в сознании Левого Маськиного тапка как германский лидер всех левых тапков Земли, а лидеру можно простить любой акцент, даже немецкий. Кроме того, владение разными языками позволяет играть словами сразу на нескольких наречиях. Вот, например, по-немецки Das Kapital («Капитал») произносится «Да-с, капитал». Мол, да-с… намёк понимаете? Нет? Ничего-с. Вам и не обязательно. Ну ладно, объясню. Вообще Карлушка Марлушка хотел ошибочно назвать свой труд Die Kapitalien (что, если секретно перевести со смеси английского и немецкого, получится: «Умрите, капиталы!»)[8]. Поэтому Карлушке Марлушке и пришлось прожить ровно полжизни в Англии, потому что, наверное, там лучше понимали его англо-немецкий юмор, попросту его не замечая. Мол, копошится бородатый в Британской библиотеке, и ладно. А вот на родине в Германии его не понимали, хотя не замечать не могли… Рады были бы не заметить, ан нет, не тот калибр. Крупноват-с, чтобы не приметить. А Карлушка Марлушка, бывало, от своего фурункулёза в Лондоне страдает и цедит сквозь зубы: «Я вам всем ещё покажу! Дорого вам мой фурункулёз обойдётся!» И вы знаете, действительно дорого обошёлся, поэтому не могу не согласиться, что учение Марлушки правильно, потому что оно верно. Ну как против фурункулёза поспоришь? Вообще болезни великих людей дорого обходятся человечеству. Это всё врачи виноваты. Они, костоправы долбаные, никак подлечить кого надо не могут. А великие люди тут ни при чём. Ну что вы там можете наруководить, когда у вас паранойя, обострённая запором? Или, ещё хуже, сифилис в мозгу, обострённый революционными позывами? Я требую снять ответственность за всё со всех лидеров государств и полностью переложить её на врачей.Я это серьёзно.

Итак, Левый Маськин тапок начал свой рассказ, за приведение которого вы должны нас простить, потому что, как вы уже успели ознакомиться из прошлых глав, Левый Маськин тапок воздержанностью в выражениях и благонамеренностью во взглядах не отличался. Вы скажете – враки, просто каждый раз, когда автор хочет высказать какую-нибудь оголтелость, – вот он и зовёт Левый Маськин тапок, а тот бездумно за автором всё и повторяет. Нет, это не так. Ну вот, смотрите. Я сейчас уйду на кухню, а Левый тапок вам всё без моих подсказок расскажет. Тогда поверите в самостоятельность моих героев и в то, что я за них не отвечаю? Всё, я пошёл, а вы слушайте. Потом мне расскажете.

– Фрау Шпрехензидуева, – неторопливо начал свой рассказ Маськин Левый тапок, – гордилась своей наклонностью во всём наводить порядок. Она считала, что все кругом только и знают, что сорить, разбрасывать, пачкать, пакостить и производить всякие несуразности. Она же всегда носила безупречно белый фартук и не допускала никаких отклонений от раз и навсегда заведённого порядка. Вообще в природе трудно было найти что-либо более опрятное и подчиняющееся распорядку, чем фрау Шпрехензидуева. Взять вот, к примеру, солнце. Вроде светит каждый день. Так? А вот тоже недостаточно пунктуально. То взойдёт в 4:45 утра, а то в 5:10. Ну и как после этого на солнце полагаться? А луна, та вообще ни в какие ворота не лезет. Фрау Шпрехензидуева лично обследовала её в телескоп и нашла столько пыльных неровностей и побитостей, не говоря уже о том, что эта луна, представьте себе, завела привычку то появляться наполовину, то и вовсе скрываться. Эдакое публичное обрезание каждый месяц на обозрение всего честного человечества… Большего проявления сионистского заговора и не найдёшь. Вы посмотрите-то на небо! Но особенно много претензий к луне фрау Шпрехензидуева, как ни странно, имела в то время, когда луна выходила полной. Так бывает, что расстроишься на кого-нибудь с обрезанием и потом, когда уже к нему придраться не за что, всё равно что-нибудь да и находится.

Полную луну она даже пыталась подмести, но метёлка оказалась коротковата, что тоже, конечно, непорядок! Если ты такая уж пыльная, то зачем висишь так высоко? Безобразие! А уж кому, как не фрау Шпрехензидуевой, знать, как вешать! В этом она была мастер! Бывало, развесит портреты по дому – висят ровненько, как по ниточке, не придерёшься. Вот такая была специалисточка.