Выстрел прозвучал мгновенно, однако то ли судьба сегодня не благоволила Ястребову, то ли помешали внешние факторы или непривычное оружие, но пуля прошла стороной, подняв небольшое пыльное облачко чуть правее Покровского. Артем, до этого уже мысленно смирившийся с проигрышем, упускать свой шанс не стал, и пуля прошлась вскользь по плечу противника. Рана несмертельная, но достаточно кровавая, чтобы получить безоговорочную победу. Яростные ругательства Андрея потонули в радостных криках девушек.

– Победителем дуэли признается Артем Покровский, – буднично, словно проводил несколько поединков в день, сказал Мухин. – Дуэлянты, пожмите друг другу руки.

Под насмешливым взглядом распорядителя противники сошлись, обменялись рукопожатиями и разошлись в стороны своих команд, где Артем тут же оказался в объятиях Юли.

– Эй, Покровский! Мы хоть и разрешили прошлые разногласия, но никто не мешает создать новые! – послышался насмешливый крик Ястребова, отошедшего в сторону. – Встретимся в точке Возрождения! – громко добавил он, передергивая затвор автомата и спуская курок, не давая противнику возможности на ответ.

Время для Артема, казалось, остановилось. Словно сквозь плотный слой ваты донеслись крики друзей и звук выстрела, а уже через несколько безумно долгих мгновений пришло осознание неправильности ситуации.

Прозвучал выстрел, белоснежная форма окрасилась алым, но ожидаемой боли не было. Он все так же стоял среди ругающихся друзей и мысленно проклинал Ястребова. Неожиданно в голову влетела безумная и очень страшная мысль. Медленно, словно боясь собственной теории, он повернул голову влево, встретившись взглядом с потухшими глазами все еще обнимающей его девушки. Сердце пропустило удар, когда вся картина окончательно выстроилась в сознании. Ястребов опять промахнулся, но на этот раз с гораздо более существенными последствиями.

Осторожно, будто опасаясь сломать, командир опустил тело Юли на землю и сразу же приложил два пальца к сонной артерии, проверяя пульс. Только что радующаяся его победе девушка была мертва. Постепенно суть происходящего дошла до каждого, и полигон погрузился в звенящую тишину. Казалось, даже ветер стих и замолчали птицы, прочувствовав момент. Но ничего из этого не волновало Артема, сидящего на коленях перед телом своей любимой, которую он, вероятно, потерял навсегда.

Неспешно поднявшись, Покровский подошел к оставленному на земле оружию, не глядя поднял АК-12, щелкнул затвором, досылая патрон в патронник и развернулся в сторону Ястребова, недоуменно замершего в нескольких десятках метров.

– Беги, мразь… – чуть слышно прорычал командир.

Чистая ярость затуманила разум, заставляя тело действовать на одних рефлексах. За несколько секунд Артем положил всю команду врага с ним во главе, не давая им даже опомниться. Все произошло быстро и очень кровожадно. Он очнулся, только когда закончились патроны, а чьи-то сильные руки не пускали его к оставшемуся оружию.

– Успокойся! Остынь! Ты ничего уже не изменишь! Артем!

– Я в норме! – заорал Покровский, сбрасывая с себя руки Мухина и Кирсанова, удерживающих его на месте.

– Пойдемте отсюда, – тихо попросила Настя. – Никто не должен видеть, как проекционные тела исчезают.

Этот закон Академии был нерушим, и даже в таком состоянии командир не осмелился его оспорить. Подойдя в последний раз к телу девушки, Артем опустился на колени и поцеловал ее в лоб.

– Вместе до конца. Я найду тебя в любом мире, обещаю.

Поднявшись и кивнув друзьям, уже собравшим оружие и ожидающим его, Покровский достал смартфон и отточенным движением набрал номер группы зачистки, отсылая им необходимые координаты. Окинув напоследок поле боя и мысленно ужаснувшись количеству трупов, курсант поплелся в сторону главного корпуса. В душе плескалась злость, смешанная с нестерпимой болью и еще чем-то очень противным, словно судьба взяла с него плату за всю дарованную их команде удачу. Слишком большую плату.

Глава 13

Выпускной

Несколько дней прошли для команды Покровского словно в тумане. Артем ходил мрачнее тучи, не обращая внимания на поддержку друзей и внешние раздражители, не стал слушать даже Николая Степановича, решившего вмешаться за день до экзамена, дабы привести командира группы в относительное душевное равновесие. Все было бесполезно. Подошедшего к нему Ястребова, который тоже чувствовал себя не в своей тарелке, совершив, возможно, первое настоящее убийство, он застрелил в упор, не давая тому произнести ни слова. Никто не возражал. Настроение лидера естественным образом передалось всем остальным, поэтому возле кабинета куратора курсанты стояли в гнетущей тишине, подавленные нервным напряжением последнего времени. Никто уже не волновался о предстоящем экзамене, не пытался поднять боевой настрой или просто поговорить – потеря члена команды, хорошей подруги, сказалась на всех.