Когда открылась все правда и гигантский клубок размотался, Рио взглянула на сундучок, что был по-прежнему закрыт, и не задала о нем ни одного вопроса. Пускай о том, что он скрывал, ей и словом не обмолвились, она сама все поняла. Несложно было догадаться. В конце концов, там находилось то, что принадлежало ей по праву и чем она единственная могла управлять. И потому она лишь поклонилась и открыла крышку.
А на следующее утро Большая Зала впервые за всю историю существования мира Драйк Кинов погружается во мрак.
Сухая стылая земля перетекла в мелкий щебень и гальку, которые хрустели под ногами, отчего создавалось неприятное впечатление, как будто под подошвами сапог трещат чьи-то тонкие крохотные косточки. Крутые бока холмов нависали вдоль той мнимой дороги, которое придерживались четверо путешественников, и в этом своего рода ущелье, в отличие от пологих степей позади, почему-то гулял ветер. Его унылый серый шелест прилетал из тьмы, которая с каждой минутой сгущалась все больше.
Рио чутко прислушивалась ко всем звукам, доносившимся до нее, постоянно вертя головой и попеременно принюхиваясь, как дикое животное в незнакомом для него месте. Над Пустошами царил свой исключительный запах: сухой, с привкусом пыли, смешанный с тонкими нотами редких трав и холодной гладкостью камней. Здесь же запах был черствым, жестким, немного затхлым, как в погребе, который слишком давно не проветривали как следует. Пройдя еще немного, Рио с крайним неудовольствием почуяла вонь свалявшейся псиной шерсти. «Этого еще не хватало. Одно за другим, так мы незамеченными не доберемся».
Рио резко остановилась и прищурилась, всматриваясь в окружающий мрак. Другие члены маленького отряда замерли у нее за спиной.
- Что такое? – Гимли пробурчал себе это под нос, но в тишине его голос расслышали все. Арагорн беспокойно сжимал пальцами рукоять меча. Гном и человек были слепы и беспомощны в этой мгле, и даже Леголасу с его зоркими глазами едва удавалось различить хоть какие-то ориентиры, за которые можно было бы зацепиться, но взгляд эльфа против воли притягивался к стоящей в шаге от него Рио, силуэт которой начал вдруг источать тонкое свечение.
В кромешной темноте можно было отчетливо видеть, как в воздухе расползаются змеящиеся струйки белого огня. Он распространялся не волнами, а распускался подобно лепесткам какого-то дивного невиданного цветка. Ажур его орнамента разрастался и набирал силу до тех пор, пока все путники не оказались накрыты пологом, буквально дымящимся от магии. Под этим куполом было тепло и уютно, исчезло внутреннее напряжение, опутывавшее тела в течение последнего получаса. Казалось, можно было вздохнуть спокойно.
Но иллюзия мира была обманчива. Леголас осторожно встал справа от Рио и повел плечами в немом вопросе. Девушка не ответила: ее глаза, походившие сейчас на два пылающих лазоревых солнца, в центре которых хищно поблескивали красноватые искорки, по-прежнему были прикованы к темени, которое было настолько густым, что его можно было хоть ножом резать. Рио нахмурилась, сдвинутые брови выдавали злость, на ее лице застыла гримаса отвращения. Все так же не поворачиваясь к остальным, она произнесла:
- У нас гости. К несчастью, уйти от них мы не можем, придется сражаться. Советую приготовиться, – еще до того как она договорила, Арагорн успел обнажить меч, Гимли поудобнее перехватил секиру с присущей ему гномовской уверенностью, а Леголас вытянул из-за спины лук. – Они отощали, озверели и лишены всякого рассудка.
- Кто? – Арагорн переступил с ноги на ногу, наблюдая за тем, как окружавший их «шатер» постепенно превращался в искрящуюся сферу.
- Гноллы, – коротко отозвалась Рио.
- Иди ты к назгулам! – выругался Гимли. – Гноллы? Какие гноллы? Это еще что за напасть?
- Люди с собачьими головами, – пояснила девушка и последовала примеру Леголаса, накладывая на тугую тетиву длинную стрелу с белым оперением, которая мгновенно зажглась, объятая волшебством. – Разве я про них еще не рассказывала?
- Да ты вообще не любительница почесать языком, – хмыкнул Гимли. – Из тебя все клещами вытягивать приходится.
Рио никак не отпарировала этот выпад. Она вскинула голову и, что-то быстро выкрикнув на незнакомом языке, вскинула лук и выпустила в кромешную мглу полыхающую стрелу. Оттуда донесся чей-то приглушенный скулеж, стихший почти сразу, и следом за ним тут же раздался вой, полный гнева и голода.
Предупреждение Рио, отданное на наречии гноллов, те пропустили мимо ушей. Слишком желанной была немногочисленная добыча, слишком непреодолим был соблазн напасть, слишком велико было желание ощутить вкус крови.
Клубы мерцающего тумана, окутывавшего компанию, задрожали и молниеносно кинулись во все стороны, отгоняя темноту и выхватывая из нее фигуры врагов.