Читаем Маска Дантеса полностью

— Ничего особенного. Если сравнить мои скромные достижения с деяниями моих предков.

— Нельзя ли конкретнее?

— Меня обвиняют в убийстве некоего плебея Децима Флавия.

«Флавий!» — возопил голос.

— Я буду, — пообещал Корвин и отключился.

— Что случилось? — без всякого выражения спросил Флакк. Похоже, он запретил себе надеяться.

— Сулла ведет какую-то игру. Какую точно — не знаю. Будем считать, что этот тип на нашей стороне. Поворачивай флайер к префектуре вигилов. Кстати, куда делись твои легионеры? Похоже, нас больше не сопровождают?

— Я их отправил на военную базу. Туда же теперь переправляют детей… По-моему, это верное решение.

— Может быть… Если среди военных нет «очистителей».

Луций Сулла сидел в отдельной камере, абсолютно белой, чистой, герметичной. Сидел в адаптивном кресле, положив ногу на ногу, и потягивал молодое вино. Камера предварительного заключения скорее походила на медицинский блок.

— Я жду объяснений! — Корвин остановился перед арестованным.

— После того как вытащишь меня отсюда. — Сулла сделал глоток, поморщился. — Похоже на прокисший сок. Плебеи никогда не понимали толка в вине. Они не помнят прежнего вкуса.

— Прежний вкус редко помнят и патриции, — Марк едва не втянулся в ненужную дискуссию, но вовремя опомнился. — О вине будем говорить потом. Тебя обвиняют в убийстве. Есть свидетели.

— Это неважно. — Сулла понюхал содержимое бокала и поставил его на пол подле ножки кресла. — Главное, твоих чрезвычайных полномочий, совершенный муж, вполне хватит, чтобы меня отсюда увести. На свободе и поговорим. А здешняя обстановка совсем не располагает к откровенности. У патриция есть одно преимущество: ему нельзя вколоть эликсир правды. То есть у нашего брата всегда есть возможность соврать. Может быть, потому плебеи обиделись и решили нас уничтожить?

— Если не поможешь в расследовании, вернёшься назад! — предупредил Корвин.

— Я бы на твоем месте поторопился, а не выдвигал условия, — хмыкнул Сулла.

Марк подумал, что этого человека нетрудно возненавидеть. И точно так же нетрудно полюбить.

— Хорошо, я иду к центуриону… — Марк толкнул белую дверь.

Всё-таки здорово, когда любая дверь перед тобой раскрывается. Бывший раб особенно ясно это понимает. Может быть, плебеи восстали потому, что видели перед собой слишком много закрытых дверей?

— Освободить под ваше поручительство? — переспросил центурион Регул. — Выходит, плебеев можно теперь убивать безнаказанно? — Его красное лицо сделалось совершенно багровым.

— Свои выводы оставьте при себе, центурион. Этот человек необходим. Мне. Освободить. Немедленно, — отчеканил префект Корвин.

Он уже взял за правило не вступать в пререкания с плебеями, а лишь действовать. Центурион и не спорил. Но всем своим видом показывал: творится несправедливость, которой он помешать не в силах. Вигил отдал приказ, и через минуту Суллу привели в просторный атрий префектуры. Арестант был сама беззаботность. Он тут же принялся шутить с девушкой в форме, сыпать комплиментами и даже попробовал поцеловать служительницу порядка в щеку. И поцеловал бы. Но Корвин успел дернуть наглеца за рубашку и помешать.

Марк спешно поставил под приказом об освобождении свою голограмму и увел подозреваемого из префектуры. Флакк шел следом, ни о чем не спрашивая.

— Здесь буквально в сотне шагов есть двухэтажный ресторанчик. Перекусим и поговорим, — предложил Сулла. — Не люблю пропускать время обеда.

— Мог бы пообедать в камере. За счет заведения, — огрызнулся Корвин.

— Меня не вдохновило меню.

— Если рассчитываешь бежать, то не надейся! — заявил юный префект. — Мы с Флакком этого не позволим.

— Ну что ты! — Сулла рассмеялся. — Как я могу тягаться ловкостью и силой с трибуном космических легионеров?! Да и зачем?

Он остановился у торгового автомата, что-то выбрал на рекламном экране, провел комбраслетом перед окошечком, и автомат выплюнул ему на ладонь три пары черных очков. Сулла тут же нацепил одну пару себе на нос, две другие протянул Флакку и Корвину.

— Наденьте… Оба.

— Зачем? Солнце не такое яркое. Осень.

— Надевайте, надевайте. — Сулла, ничего больше не объясняя, зашагал к ресторанчику, окруженному высокими пиниями и кипарисами. У входа вовсю резвился фонтан, Нептун потрясал копьем, дельфины прыгали, брызги летели во все стороны.

— Замри! — приказал патриций, проходя мимо. Дельфины застыли в воздухе. — Не люблю эти технические новинки. В них непременно заложена какая-нибудь подлянка, которую архитектор счел остроумной.

Дельфин рухнул в воду, и на Суллу обрушилась лавина воды.

— Что я и говорил! — Он принялся отряхиваться, как искупавшийся пес.

Флакк и Корвин успели-таки увернуться.

Весь первый этаж ресторана был отдан в распоряжение Коллегии поваров. Круглый зал из псевдостекла, за ним — святая святых — кухня, куда вели огромные, сейчас плотно закрытые двери из аморфной стали.