Мэл повернулся и ушел. Даже не оборачиваясь, он знал, что Саймон смотрит ему вслед с любопытством – и, возможно, с тревогой.

На мостике миловались Зои и Уош. На самом деле, когда Мэл туда вошел, они стояли в доброй паре ярдов друг от друга, но по их лицам было видно, что еще пять секунд назад они целовались, крепко обнимая друг друга, а потом, заслышав его шаги, приняли невинный вид. Скрывать правду Уош совсем не умел: он залился румянцем, его взгляд бегал из стороны в сторону. Зои, напротив, казалась холодной и бесстрастной, но это само по себе о многом говорило.

Нет, проявления супружеской любви не были тем, чего следовало стыдиться. Однако в последнее время Зои и Уош старались не демонстрировать свои чувства в присутствии Мэла. Он знал: они поступают так, чтобы не сыпать ему соль на раны, не причинять ему боль, напоминая о ситуации с Инарой.

Это было еще одно свидетельство того, что отъезд Инары, и в меньшей степени – Бука, изменил динамику отношений на борту «Серенити», и притом к худшему.

– Уош? – сказал Мэл.

Уош встал по стойке «смирно», словно солдат на параде.

– Что я могу для вас сделать, капитан? Я на все готов. Я не забавлялся тут со своей женушкой, ничего подобного, сэр, вовсе нет. Я ждал здесь, словно тигр в засаде, готовый в любую секунду приступить к своим пилотским обязанностям. – Уош изобразил тигра, приготовившегося к броску. – Жду ваших распоряжений. Чего изволите?

– Уош, милый, – сказала Зои, – тебе нужно умолкнуть.

– Умолкаю, дорогая.

– Увезти нас отсюда – вот что ты можешь для меня сделать, Уош, – сказал Мэл. – Я хочу, чтобы «Серенити» как можно быстрее убрался с этой планеты.

– Ваша воля – закон, – ответил Уош, садясь в кресло пилота. Его пальцы забегали по кнопкам на панели управления; сейчас он напоминал пианиста-виртуоза.

– Чем скорее я отряхну пыль этой чженчи де гоу ши дуэй планеты со своих башмаков, тем лучше, – пробормотал Мэл.

– Аминь, – отозвалась Зои.

Глава 15

Проходя мимо кубрика Джейна, Мэл остановился.

Он вспомнил, как Ривер смотрела на эту дверь. Ее взгляд, ее жест, указывавший на него, Мэла – все это было исполнено смысла.

А что, если…

– Да пошло оно все!

Мэл открыл дверь и спустился по лестнице.

В кубрике, что неудивительно, пахло Джейном. Этот застоявшийся мускусный запах был неприятен Мэлу, и он вдруг понял, что мечтает снова вдохнуть аромат благовоний Инары.

Мэл огляделся. Все, казалось, лежало на своих местах: иными словами – в комнате царил беспорядок, но в нем не было ничего неожиданного. Кровать не застелена. На столе ряд пустых пивных бутылок. На полу валяется одежда, в том числе несколько носков, с виду жестких и давно нуждающихся в стирке.

Из общей картины выбивалась только стоявшая в углу «Вера». Вчера, когда они принесли Джейна на корабль, Кейли поставила винтовку сюда. Джейн никогда бы не бросил «Веру» вот так: он бы разобрал ее, как следует почистил и закрепил на подставке вместе с остальным оружием в нише над кроватью. Для Джейна стволы были чем-то вроде дорогих его сердцу питомцев.

Где-то на периферии сознания у Мэла мелькнула какая-то мысль, словно его мозг наткнулся на колючку. Он осторожно обошел комнату, поворачивая голову в разные стороны. Ему показалось, что он слышит негромкое, но несмолкающее жужжание. Откуда оно доносится?

Высота звука изменилась, и он стал больше похож на…

Детский смех?

– Мэл? – Голос Уоша в интеркоме. – Мэл, тебе идет волна. Место отправки: Персефона. Идентификатор абонента: Бэджер. Примешь ее или сказать, что ты моешь голову?

Мэл нажал на переключатель интеркома.

– Проведи ее в мой кубрик. Поговорю с ним там.

Нахмурясь, он в последний раз оглядел кубрик Джейна и вышел.

Он вернулся в свой кубрик и включил экран волновых сообщений. На экране появились голова и плечи Бэджера. Может, он и мерзавец, но одного у него не отнимешь: мерзавец он колоритный. Его традиционный котелок, шейный платок в «огурцах» и брошка в виде фламинго на лацкане – все было в идеальном виде и на своем месте.

Не хватало лишь его обычной нахальной ухмылки.

– Бэджер, привет, – сказал Мэл. – Я как раз тебя вспоминал. Собирался тебе позвонить.

– Забавно, – ответил Бэджер. – Это никак не связано с тем, что от Хойта Кестлера уже полдня ни слуху ни духу? Я ждал, что он выйдет на связь и скажет, что мой груз успешно передан из рук в руки. Но от него ни звука. Вот я и гадаю: может, все прошло не так гладко, как хотелось бы? Ты ничего не хочешь мне сказать, Рейнольдс?

– Да, насчет груза… Мне больше не хочется перевозить твой «аппарат». Его, похоже, создали в одном из исследовательских центров «Синего солнца», а от них добра не жди.

– Какая разница, откуда взялся груз? – рявкнул Бэджер. – Раньше его происхождение тебя не сильно беспокоило.

– Может, я не такой, каким ты меня считаешь.

– Да уж точно не такой, каким был раньше. А что с Кестлером? Его труп лежит в какой-нибудь канаве?

– Нет.

– Нет?

– Не в канаве, – ответил Мэл.

Бэджер заскрипел зубами от злости.

– Господи ты боже мой! Рейнольдс, ты серьезно?