Читаем Маршал Конев полностью

Три армии левого фланга нашего фронта — 3-я гвардейская танковая 60-я и 38-я общевойсковые — преследовали отходящие к Карпатам части врага. Таким образом, в результате разгрома противника в районе Львова и потери им таких городов, как Рава-Русская, Львов, Перемышль и Владимир-Волынский, войска немецкой группы армий «Северная Украина» не только понесли большие потери, но и оказались расколотыми на две части. Одна из них (4-я танковая армия), безуспешно пытаясь отдельными разрозненными соединениями оказать сопротивление, откатывалась к Висле. Вторая, состоящая из соединений 1-й немецкой танковой армии и 1-й венгерской армии (около двадцати пехотных и трёх танковых дивизий), отходила на юго-запад, к Карпатам, так как пути, ведущие на запад через Перемышль, были отрезаны войсками 3-й гвардейской и 4-й танковой армий. Это привело к тому, что между двумя немецкими танковыми армиями образовался разрыв шириной до ста километров, в котором находились лишь отдельные небольшие сухопутные части. Конев воспользовался этим и усилил удары. Несмотря на успешные действия войск фронта, он вскоре почувствовал, что в этой ситуации управлять войсками на таком огромном пространстве очень сложно. Появилась необходимость создания отдельного управления левофланговыми армиями, нацеленными на преодоление Карпат. Не затягивая решение этой важной проблемы, Иван Степанович в интересах более успешного наступления наших войск обратился к Верховному Главнокомандующему с просьбой о создании самостоятельного управления для группы войск Карпатского направления. Сталин, надо отдать ему должное, незамедлительно позвонил командующему фронтом:

— Вашу просьбу, товарищ Конев, Ставка рассмотрела, и она будет удовлетворена. В нашем распоряжении есть свободное управление, назовём его «Четвёртое Украинское» под командованием генерала Петрова, которому подчиним названные вами левофланговые армии фронта, а также часть войск Третьего Украинского фронта.

Так был создан 4-й Украинский фронт, в ведение которого поступали войска 1-й гвардейской и 18-й общевойсковой армий. В тот же день, точнее 4 августа, на командный пункт 1-го Украинского фронта прилетел генерал-полковник Иван Ефимович Петров и принял от Конева под своё командование две левофланговые общевойсковые и 8-ю воздушную армии.

Конев знал генерала Петрова как опытного военачальника, прошедшего суровые испытания ещё в Гражданскую в боях против белочехов и уральских белоказаков на Восточном фронте, а в мае 1920 года с белополяками на Западном. Затем Петров боролся против басмачей в Среднеазиатском военном округе. Там же возглавлял объединённую Среднеазиатскую военную школу, а позже был инспектором пехоты Среднеазиатского округа. С особой силой талант И. Е. Петрова как опытного военачальника проявился в годы Великой Отечественной. С его именем связаны тяжелейшие оборонительные бои в Одессе и Севастополе. Он командовал Приморской армией, Черноморской группой войск (октябрь 1942 года), а затем Северо-Кавказским фронтом. Успешно руководил Петров Керченско-Эльтигенской десантной операцией, освобождал Таманский полуостров, города Майкоп, Краснодар и Новороссийск. Некоторое время ему пришлось командовать войсками 2-го Белорусского фронта. Коневу было о чём поговорить с таким интересным полководцем, взаимно поделиться опытом последних боев, установить соседские контакты. И не случайно пройдёт немного времени, и генерал Иван Петров станет правой рукой Конева, то есть начальником штаба 1-го Украинского фронта...

Таким образом, теоретический спор Сталина с Коневым был практически решён на поле боя. Львовско-Сандомирская наступательная операция стала крупнейшей за время войны, в которой войска одного фронтового объединения разгромили колоссальное сосредоточение вражеских армий. Все сорок дивизий мощной фашистской группировки, созданной на Украине летом 1944 года для наступательных целей, перестали существовать: одни были полностью уничтожены, другие основательно обескровлены, третьи окружены и пленены...