Читаем Мародеры полностью

В 1940 году Геринг находился на Западном фронте, где руководил воздушными бомбардировками Великобритании (там эту кампанию иронически называли Blitz). Это, однако, не мешало ему время от времени наведываться в Париж и проверять «новые поступления». В благодарность за поддержку, которую Геринг оказывал штабу Розенберга, в Жё-де-Пом устроили королевский прием. Геринг, в виде исключения одетый в штатский костюм, опираясь на трость, в восхищении разглядывал выставку. Она превосходила все, что он видел в Австрии, Польше и Нидерландах. Осенью продолжали поступать новые работы, и шестьдесят сотрудников музея уже не справлялись с таким потоком. Каждый день у дверей Жё-де-Пом разгружались по нескольку грузовиков с коллекциями, о происхождении которых музейщики не имели ни малейшего представления.

Работ было столько, что Геринг специально продлил свой визит, чтобы лично присутствовать при инвентаризации. Тем более что дела на воздушном фронте шли заметно хуже, чем на художественном. Люфтваффе начиная с июля 1940 года проводило регулярные и все более агрессивные налеты, пытаясь сломить противовоздушную оборону и моральный дух британцев. Но к концу октября «битва за Британию» обернулась полной катастрофой для немцев, потерявших более 2000 самолетов. Неудача заставила Геринга обратиться к искусству. В то же время Розенберг провел куда более успешное наступление на французские художественные коллекции. Во Франции его штаб конфисковал более 22 000 произведений из 203 коллекций стоимостью в 500 миллионов рейхсмарок (примерно 170 миллионов евро).

В начале ноября Геринг отобрал себе двадцать семь картин — в том числе Ван Дейка и Рембрандта. По сюжетам картин можно составить представление о вкусе рейхсмаршала. Четыре из них изображали римскую богиню любви Венеру. Было и несколько охотничьих сцен. Эротика и насилие — вот основные темы произведений, украшавших Каринхалль. Для новых флигелей Геринг также отобрал скульптуры, мебель и гобелены.

В Жё-де-Пом и в Оперативном штабе Геринг пользовался гораздо большим влиянием, чем первоначально рассчитывал Розенберг. У рейхсмаршала был даже собственный штат сотрудников. Но окончательный выбор Геринг всегда оставлял за собой. В 1941 году он посетил Жё-де-Пом двенадцать раз, в 1942-м — еще пять.

Дележка сокровищ, поступавших в Жё-де-Пом, происходила по жестко установленному порядку, которому подчинялся даже Геринг. Первоначальный отбор делал Ганс Поссе для будущего Музея фюрера в Линце. Сам Поссе в Жё-де-Пом не ездил, все работы ему показывали в каталоге. Как всегда, его интересовали только самые ценные произведения, прежде всего работы из коллекций Ротшильдов — «Астроном» Вермеера, «Портрет мадам де Помпадур» Буше и «Портрет Изабеллы Койманс» Франца Хальса. За все время оккупации Ганс Поссе, а затем его преемник Герман Фосс отобрали в Жё-де-Пом всего пятьдесят три работы, однако среди них было несколько шедевров мирового значения.

Далее выбирал Геринг. Он был не слишком привередлив. Из Жё-де-Пом в Каринхалль перевезли более шестисот произведений, в том числе «Диану» Буше, «Портрет инфанты Маргариты-Терезии» Веласкеса и «Девочку с китайской статуэткой» Фрагонара. Геринг даже заплатил за свои приобретения, чтобы придать им видимость законности — ведь картины предназначались для частной коллекции. Однако цены были сильно занижены. Вырученные деньги предполагалось впоследствии направить в фонд помощи детям-сиротам, однако деньги до фонда так и не дошли.

Геринг, не любивший платить наличными, понимал, насколько ценны произведения «дегенеративного искусства», собранные в Жё-де-Пом. Поэтому рейхсмаршал ввел особую систему бартера, чтобы обменивать эти работы на более желанные произведения. Немецких и французских арт-дилеров, участвовавших в подобных сделках, ждало крупное вознаграждение. Например, немецкий торговец искусством Густав Рохлиц в обмен на одну картину Тициана и нидерландского художника Яна Веникса получил одиннадцать произведений Сезанна, Дега, Матисса, Брака, Пикассо и Коро из собраний Альфонса Канна и Поля Розенберга.

Для нацистов эти работы не имели никакой ценности, и многие готовы были просто от них избавиться. Однако Рохлица этот обмен вполне устраивал — впоследствии он участвовал в семнадцати подобных сделках и приобрел в общей сложности восемьдесят две картины. В основном Рохлиц получал работы современных художников, таких как Пикассо и Матисс, в обмен на второстепенные произведения XVII и XVIII веков, часто анонимные. Свои приобретения Рохлиц выгодно продавал, в частности одному арт-дилеру в Швейцарии.

В начале февраля 1941 года личный поезд Геринга отбыл из Парижа, груженный сорока двумя огромными ящиками, помеченными именами своих новых владельцев. В ящиках Н1–19 были произведения, отобранные в Жё-де-Пом для Гитлера, двадцать три ящика, помеченные G1–23, предназначались для Геринга. В контейнере Н13, на задней стенке которого на всякий случай нарисовали свастику, чтобы ни у кого не возникло сомнений относительно его владельца, лежал «Астроном» Вермеера.