Читаем Марк Твен полностью

Начиная с 80-х годов в США бурно распространяется новое веяние в религии — культ «христианской науки», основательницей которой была миссис Эдди (Мэри Бейкер Гловер). В своей книге «Наука и здоровье» она утверждала, что боль, старость, смерть — это все «заблуждения», над которыми может восторжествовать дух верующего. «Учение миссис Эдди» — помесь религии с шарлатанством — претендовало на такой универсализм, что «верующие» с его помощью якобы излечивались от душевных и физических болезней, вплоть до переломов, когда кости «верующего» должны были правильно срастись без вмешательства хирурга, лишь с помощью молитвы и «внушения». «Христианская наука» получила большое распространение, была поддержана сторонниками одной из разновидностей прагматизма — «волюнтаристами».

Марк Твен высмеивал все специфически американские «выверты» общественного сознания. Не мог он пройти и мимо «христианской науки», овладевавшей помыслами десятков тысяч простых людей. Воспитатель народа, он зорко следил за всем, что шло во вред развитию народа. Против «христианской науки» он выступил с рядом статей (1899, 1902, 1903, и 1907 годов)[478], оценивая обожествление Эдди как массовую повальную болезнь, опасную для общества. «Христианская наука» может, по его мнению, оказаться политической силой и даст возможность «тираническим политико-религиозным боссам» в США установить инквизиторские порядки; «христианскую науку» и католическую церковь Твен считает большой социальной опасностью[479].

«Миссис Эдди чрезвычайно богата», — отмечает Твен. «Христианские ученые» организовали бизнес»[480], — утверждает писатель и доказывает это.

Зоркость Марка Твена поразительна. В конце XIX века в США выкристаллизовались действительно классические формы политико-религиозного бизнеса. «Христианские ученые» (последователи «религии» миссис Эдди) и римская папская курия входили в тесный контакт с президентом Теодором Рузвельтом, получали от него всяческие экономические выгоды и выполняли политические задания этого матерого империалиста. «Мы (англосаксы) — лучшие из лучших природных американцев», — раздавалось с церковных кафедр.

Антирелигиозная деятельность Марка Твена выражалась не только в создании публицистических, но и художественных произведений. В конце его жизни была опубликована часть рассказа, десятилетиями хранившегося в сейфе: «Выдержки из «Визита капитана Стормфилда на небеса» (1907–1908).

Полностью рассказ был опубликован лишь в 1952 году, в книге «Донесение из рая».

Свыше сорока лет прошло между зарождением рассказа и первым его опубликованием. Многие американские писатели и литературоведы толковали историю «сокрытия рассказа в сейфе» как доказательство «трусости» Твена, утверждая, что писатель страшился быть обвиненным в богохульстве.

Теперь, когда рассказ целиком опубликован, поведение Твена должно, на наш взгляд, получить иное истолкование. Рассказ не настолько «богохулен», чтобы Марк Твен мог бояться опубликовать его; даже в «Простаках за границей» есть более смелые нападки на религиозную обрядность, чем в «Визите капитана Стормфилда».

Возможно, что Твен уступил настояниям своей религиозной жены и надолго запрятал рассказ в сейф, но вернее всего — у него просто не хватало времени и желания завершить произведение. В бумагах Марка Твена, фрагменты из которых опубликованы в 1952 году, имеются заметки, относящиеся к 1900 году, в которых Твен говорит, что к рукописи «Визита капитана Стормфилда на небеса» он не прикасался десять лет. «Я часто думаю закончить это, но отвлекаюсь от своей цели новым, более острым интересом», — пишет Твен[481].

Действительно, начало XX века в творчестве Марка Твена — это бурное развитие его боевой публицистики. «Визит» оставался в сейфе не потому, что Твен считал рассказ опасным для своей репутации, а потому, что другие свои задачи считал более важными. В свете этого признания преувеличенная Бруксом и Де Вото «трусость» и «боязнь» Твена выглядят фальсификацией.

Зарождение «Визита» относится ко временам юности Марка Твена, когда в 1866 году он впервые встретил капитана Неда Вейкмана и спустя два месяца в «Записной книжке» сделал пометку, содержащую зерно сюжета будущего произведения.

О работе над «Визитом» Твен рассказывает брату Ориону в письме от 23 марта 1878 года. «9 лет тому назад, — пишет Твен, — я составил план моего «Визита на небеса»… Время от времени я добавлял какую-либо мысль. Через год или больше я расширил написанное. Но без успеха. Пять лет тому назад я написал это снова, изменив план. Эта рукопись лежит сейчас рядом, она значительно лучше первоначальной попытки, но еще не доделана… И вот я думаю и думаю, и вдруг мне приходит в голову — почему я считаю план правильным?! Обрати внимание — я никогда не изменял идей, с самого начала — план был труден»[482].