— Заткнись и слушай! Я приказал перенести пулемёты на сторожевые башни. Об этом знали только те, кому я поручил присмотр за этим оружием. Я предвидел нападение монстров, но им угодно было объявиться, когда я стал бессилен. Вот она главная слабость государства, которое держится на авторитете одного правителя! То, что пулемёты молчали, когда чудовища пришли громить столицу, значит, что, либо их команды перешли на сторону заговорщиков, и оружие было демонтировано, либо людей уничтожили раньше, чем они успели что-то сделать. Так или иначе, разбираться в этом тебе, а я ухожу… всё, не поминайте лихом!

— Говорю тебе, перестань…

— Оставь его, он умер, — сказала Маранта, положив руку на плечо атамана.

Золас взглянул в лицо старика и понял, что его подруга права. Глаза короля остановились, дыханье не чувствовалось. Атаман разбойников, бывший капитан королевской гвардии, ещё недавно люто ненавидящий своего повелителя, почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Он оглянулся на Маранту и увидел, что железная воительница тихо плачет, как обычная женщина или скорее, как девочка, размазывая слёзы по щекам.

Вдруг она обернулась, словно услышала, что-то чего не слышал он. Золас заозирался по сторонам и внезапно понял, что всё помещение наполнено едким дымом, которого они почему-то не замечали!

— Эй! Где вы там? — прогремел с порога голос Зигмунда. — Куда вы пропали? Дворец горит! Кто-то поджёг его!

Медлить было нельзя. Маранта закрыла глаза короля, а Золас сорвал с постели покрывало и накрыл им мёртвого монарха, как есть, сидящим в кресле. После этого он перекинул через голову ремень сумки с остатками драгоценностей, схватил подругу за руку и выбежал с ней в коридор.

Глава 38

Моменты жизни, что бесценны

— Ты уверена, что мы зашли туда куда надо?

Вот уже час, пока остальные вычищали королевскую сокровищницу, они ходили по лабиринту лестниц и коридоров, заглядывая то в одно, то в другое помещение. Галанта, что-то там искала, но не признавалась, что именно ей нужно в этих пустующих покоях.

Помещения, надо сказать, были самые разные. Некоторые были отделаны с кричащей роскошью, другие, расположенные тут же, поражали своим заброшенным видом. Иные коридоры при этом, выглядели так, будто их накануне вымели и вычистили десятки усердных слуг. Другие были усыпаны человеческими костями, осколками дорогой керамики и, разбитыми вдребезги, мраморными статуями, а также останками монстров в разной степени разложения.

В одном месте пара искателей приключений наткнулась на чей-то скелет, лежащий в шикарной ванной. Судя по одежде, аккуратно сложенной в предбаннике, это были останки важного сановника, внезапно застигнутого смертью во время омовения. Оставалось непонятным, что его убило, ведь ни в ванной комнате, ни в покоях, где она находилось, не было следов битвы. Наоборот, все предметы находились на своих местах, и только тонкий слой пыли свидетельствовал о том, что живые люди давно не появлялись в этих апартаментах.

Увидев скалящего зубы мертвеца, Галанта пискнула и выскочила из ванной, но Зиг задержался там ещё на минуту. Не то, чтобы ему доставило удовольствие такое зрелище, но его внимание вдруг привлёк предмет, блеснувший меж обнажённых рёбер.

Наклонившись, он подцепил двумя пальцами и извлёк нечто, что на поверку оказалось наконечником стрелы с куском, коротко обломанного, древка. Значит в то время, когда дворец осаждали монстры, люди продолжали убивать друг друга? Хотя это могло случиться раньше или позже, впрочем, какая разница?

Свою подругу Зиг нашёл сидящую в кресле за маленьким мраморным столиком. Галанта была бледна, но не дрожала. Глупое мальчишество вдруг проснулось в душе взрослеющего юноши, и он решил подшутить над своей подругой.

— Гляди! — произнёс Зиг, улыбаясь коварной улыбкой. — Вот, что я нашёл в его сердце!

С этими словами он бросил свою находку на столик прямо перед носом девушки. Вопреки ожиданиям Галанта не отшатнулась и не упала в обморок. Она сжала зубы и стала разглядывать обломок стрелы, будто собиралась его изучить.

— Это стрела из вооружения королевской Гвардии, — вынесла она, наконец, своё заключение. — Наконечник четырёхгранный, без зазубрин, бронебойный, древко выкрашено в чёрный цвет и покрыто лаком.

— Ты-то откуда всё это знаешь? — искренне удивился Зиг.

— Вспомни, кем был мой муж. Да, я его не любила, но прожила ведь с ним около трёх лет. Насмотрелась и наслушалась всякого. Не думай, что женщины ничего не знают и не замечают, кроме своих побрякушек и тряпок.

— Я не думаю. — честно ответил Зиг, которому вдруг вспомнилась Маранта.

— Кстати, я тоже кое-что нашла, и это именно то, что мы здесь искали!