Читаем Манифест криптоанархиста полностью

Джулиан Ассанж, например, представитель как раз группировки киберпанков. Они написали дорожную карту будущего, которая поначалу казалась какой-то бредовой научной фантастикой с правым уклоном. Теперь она нам такой уже не кажется.

Биткоины, например, есть в этих ранних разработках киберпанков. Цель этих людей – подорвать все формы демократического правления с представительными структурами. Гораздо проще понять, что они хотят разрушить, чем то, что они хотят построить. Понятно, что они ненавидят, а вот что любят – не очень.

В 1994 году сотрудник Intel Тим Мэй написал «Шифрономикон» – сборник вопросов и ответов о криптоанархизме. Он основывался на более раннем «Манифесте криптоанархиста» также авторства Мэя. В «Шифрономиконе» уже прослеживаются идеи введения криптовалют и технологии блокчейна. Как мне видится (это похоже на то, что происходит сейчас с крайне правой политикой в отношении Интернета, что называют неофеодализмом, неореакционизмом), то, что эти люди строят – корпорации феодального типа, этакие феодальные анклавы.

В этой системе люди могут получить невероятную власть благодаря деньгам или приобретению самых совершенных технологий, переманиванию лучших программистов на свою сторону. И тогда мир окунется в перманентную войну, даже еще глубже, чем сейчас. Томас Гоббс говорил о войне, которая столкнет всех со всеми. И это то, что, как мне кажется, происходит сейчас в мире. Эти люди заявляют, что борются именно с национальным государством, потому что оно провоцирует войны и прочие беды (и это так). Но то, что они предлагают взамен, еще хуже. Потому что это, если можно так выразиться, мир в перманентном состоянии терроризма, где любое существо – против любого другого существа. Без каких-либо всеобъемлющих политических структур.

BBC: Вы пишете, что блокчейн – оплот правого экстремизма. Что вы имеете в виду под словом «экстремизм»? Именно вот этот терроризм, о котором сейчас сказали?

Д. Г.: Необязательно. Терроризм может происходить от разных политических сторон. Я это вижу стратегией, а не определенной политической точкой зрения. Понятно, что методы этих групп жестокие. И есть некоторое сходство между тем праворадикальным насилием, которое мы видим в США, и тем, что есть в Европе или других местах. И, если честно, очень забавно наблюдать, как эти люди обсуждают [запрещенное в России] «Исламское государство». «Исламское государство» использует хитрые методы, все эти WhatsApp, Signal и так далее. Это потрясающий пример распространенного по большой территории, децентрализованного, неиерархического, негосударственного субъекта. Именно того типа, который восхваляют криптоанархисты. Это не выглядит, как свобода. Совсем не обязательно, что они поддерживают террористов, они даже могут себя нарочито от них отграничивать. Но ведь на самом-то деле цель у них одна: отсутствие контроля и во многих случаях распространение хаоса, ярость по отношению к любому, кто им покажется заслуживающим того.

BBC: Вы назвали Джулиана Ассанжа, а кого бы еще вы причислили к таким людям? Марка Цукерберга?

Д. Г.: Нет, он не стоит на первом месте моего списка. В первую очередь я бы указал на людей вроде Джулиана Ассанжа, которые представляют себя мастерами криптографии, исследователями по кибербезопасности. Это члены Chaos Computer Club[1], которые посещают ежегодные хакерские конференции. Они все полны злости.

Как по мне – так они выглядят настоящими протофашистами. Даже одеваются так же. Они эстетизируют политику и прославляют абстрактное понятие свободы, которое, по моему мнению, не имеет ничего общего с тем понятием свободы, которое заложено в более вменяемых людях. И они, прежде всего, говорят о том, что хотят уничтожить, и мало что понимают о том, что хотят взамен.

BBC: Вы наверняка слышали о недавнем взломе систем вирусом Petya.A? Вы сейчас говорите о хакерах, которые занимаются чем-то подобным?