Читаем Мамины глаза полностью

Я бы спел тебе песню, но ты ее не услышишь,Я построил бы дом, но ты в нем не захочешь                                                             жить, —И огромное небо, свернувшись, лежит на крыше,Я смотрю на него – и не знаю, о чем просить.                На небе след моих губ —                Это я целовал тебя,                На небе след моих рук —                Это я обнимал тебя.                У неба цвет твоих глаз,                Оно плачет и плачет дождем —                Небо помнит о нас —                Это мы забыли о нем.Может, мы заблудились, когда улетали к звездам,Может быть, потеряли друг другав земной толпе…И я небо листаю, как будто читаю прозу —А когда-то стихи я на небе писал тебе.

Прибалтийский сюжет

Пустынно.              Сосны.                        Мелкая вода.Ручей в ладони ткнулся по-щенячьи.А горизонт еще не обозначен,и осторожно светится звезда,переплетая светом дым рыбачий.И волны вновь касаются песка,как тысячу судеб назад касались,и рыбаки целуют жен-красавиц,как целовали в прежние века.И ожиданье тягостно, как встарь,и, боже мой, как далеко до ночи,когда рыбак единственный хохочети голосит: «Хозяйка, куховарь!» —красивый черт, как на рассвете кочет.И связку рыбин спелых тянет ей:– Хорош улов?– Давай домой, бродяга…Рыбачка мужа встретит у дверей,вмиг позабыв про день тревог и тягот.И уплывает древняя вода,И тысячи судеб – как не бывало…Рыбачка убирает покрывало,И осторожно светится звезда.

Конец дождя

В миг равенства дождя и синевызашелестит тугая ветка клена —и вспыхнет каждый лист огнем зеленым,и мокрые очнутся соловьи.Оказывается, уже закатсебе гнездо свивает в поднебесье.Давайте, соловьи, включайте песню —чтоб цветомузыкой был этот миг объят!Полнеба – для дождя, полнеба – для заката,и тишины всего чуть громче соловьи…Так что – приобретенье, что – утратав миг равенства дождя и синевы?

«Освобождалось небо от грозы…»

Освобождалось небо от грозы,от ветра дерева освобождались,хотелось быть счастливым и босым,как этот сумасшедший мокрый аист,который, в небеса разинув клюв,взмахнул крылами, радугою брызнув.И женщина, из-под руки взглянувна радугу, повисшую так близко,освобождала плечи от плаща,и с каждым мигом становились глушевоспоминания воды, притихшей в луже,о времени стремительном дождя.

Апрель

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотая серия поэзии

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Поэты 1880–1890-х годов
Поэты 1880–1890-х годов

Настоящий сборник объединяет ряд малоизученных поэтических имен конца XIX века. В их числе: А. Голенищев-Кутузов, С. Андреевский, Д. Цертелев, К. Льдов, М. Лохвицкая, Н. Минский, Д. Шестаков, А. Коринфский, П. Бутурлин, А. Будищев и др. Их произведения не собирались воедино и не входили в отдельные книги Большой серии. Между тем без творчества этих писателей невозможно представить один из наиболее сложных периодов в истории русской поэзии.Вступительная статья к сборнику и биографические справки, предпосланные подборкам произведений каждого поэта, дают широкое представление о литературных течениях последней трети XIX века и о разнообразных литературных судьбах русских поэтов того времени.

Дмитрий Николаевич Цертелев , Александр Митрофанович Федоров , Даниил Максимович Ратгауз , Аполлон Аполлонович Коринфский , Поликсена Соловьева

Поэзия / Стихи и поэзия
Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Ваан Сукиасович Терьян , Александр Степанович Грин , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза