– Ваше тоже в наши дни нечасто встречается, – заметила я, – почему-то девочек Нинами почти перестали называть.

– На имена тоже существует мода, – продолжила пустую беседу Остапова и решила начать работу. – Можно посмотреть на ваши ручки? О господи! Что с вами стряслось? Попали в кофемолку?

Я рассказала про Крыса.

– А-а-а, – протянула Нина, – необычная история.

– К сожалению, являюсь мастером по попаданию в неприятности, – призналась я и осторожно завела нужный разговор: – Впервые посетила «Вако». Мне понравилось, там чисто, красиво, повсюду цветы, все приветливые. До этого заглядывала в другие места – одно разочарование. Запах противный, на ресепшене тетки, которые посетительницам не рады, мастер спросила: «Гель ложить станем или нет?» А в салоне, в котором вы работаете, другая обстановка.

– Да, там аккуратно, и по фэншую обстановка, – согласилась Остапова, рассматривая мои руки, – клиента любовью задушат. Но чек нереальный, и надо знать, к кому садиться. Мастера хорошие, но кое-кто способен напортачить.

– Мне понравилось, что вы угостили меня чаем, уложили на кушетку, – продолжила я.

– Заснули, – кивнула Нина, – проснулись с красотой – сделала вам художественный вариант по моей авторской методике.

– Очень понравилось, – соврала я, – жаль, что потом мне гель убрал Мирон Львович. И через некоторое время родные коготочки отвалиться решили. Сбегала в простой салон, там наклеили типсы, но покрытие скучное. Можете что-то оригинальное придумать?

– Попробую, – пообещала Нина.

– Только не гель! – воскликнула я. – Боюсь его теперь. Салон на семь дней закрыли?

– Да, – подтвердила Остапова, – Игнатова недавно директорское место заполучила, наводит, как думает, порядок. Новая метла по-новому метет. Она решила сократить расходы, везде лампочки на энергосберегающие поменяла, велела воду в спа ванны наливать до отмеченного уровня. Раньше клиенту давали три полотенца и халат – кому махровый, кому «хэбэшку», кто что любит. Олеся увидела счета за стирку, и теперь утиралочка одна, правда большая. А халат без выбора, хлопчатобумажный. Вместо одноразовых тапок – бахилы на свою обувь. Расходники выдает, прямо как от сердца отрывает. Если мастер разбила флакончик, то из зарплаты пятикратную стоимость вычтут. Работать стало трудно. Я после вашего ухода заявление об увольнении написала. Перед тем как покинуть место работы, все расходники сдала. Олеся бы мне никогда трудовую не вернула и деньги не выдала, если бы я что не вернула или испортила. Игнатова чуть ли не с лупой кабинет осмотрела, искала царапины на столике, пятна на креслах. Уж очень ей не хотелось отдавать честно заработанные мною рублики. Но я аккуратная. Пришлось директрисе скрепя зубы сейф открывать.

Остапова выключила настольный светильник.

– Вы кто?

Глава двадцать шестая

Я удивилась вопросу.

– Евлампия Романова.

– Имя, фамилию запомнила, – кивнула Нина. – Кто вы? Зачем пришли?

– Поправить маникюр, – ответила я, – он очень скучный.

– Поняла, – тихо продолжила Остапова. – У вас в самом деле самый распространенный сейчас вариант, без фантазии. Но, похоже, есть еще одна цель: узнать побольше о салоне. Нуждаюсь в клиентах, готова обслуживать вас. Но более ни слова вам о прежнем месте работы не скажу. Можете исстараться, мой рот на эту тему не откроется. Если вы только за ногтями пришли, то мне все равно, о чем болтать. Могу телик включить – тоже развлечение. Но если у вас есть иной интерес ко мне, то скажите честно: чего надо?

Я вынула из сумки удостоверение, раскрыла его и положила его на столик.

– «Частный детектив», – прочитала Нина. – Вам нужна информация о «Вако». Моя откровенность зависит от вашего согласия платить.

– Сколько? – сразу поинтересовалась я.

Остапова вынула из ящика стола листок бумаги, ручку, написала цифру.

– По поводу суммы мне надо посоветоваться с начальством, – призналась я.

Нина порылась все в том же ящике и протянула мне визитку.

– Там номер телефона, на него сбросьте. Как только все придет, мне прилетит сообщение.

Я вынула мобильный, сделала фото, отправила его Костину и написала сообщение: «Просит за свой рассказ». Ответ примчался незамедлительно.

– Сейчас.

– Давайте пока займемся ручками, – предложила Нина. – Оплата за маникюр-педикюр наличкой или тоже на номер телефона. Погода сегодня ужасная.

– Вроде всего один градус мороза, а пробирает до костей, – подхватила я.

– Сыро, – высказалась Остапова, – поэтому и зябко. Все с ног на голову встало. Зимой теперь слякоть.

Мы старательно обсуждали капризы климата до тех пор, пока не раздался тихий звук: «Блям». Остапова встала, вынула из шкафа сумку, вытащила из нее еще один сотовый и улыбнулась.

– Получено. Готова рассказать все, что знаю о «Вако».

– Название салона похоже на восточное имя, – заметила я.

– Это первые слоги имени и фамилии Вадима Кострова, – объяснила маникюрша. – Попробую рассказывать последовательно. Костров богат, женщины к нему летят, как мотыльки на фонарь ночью.