– Она мне дала номер своего мобильного, – оживилась я, – надо ей позвонить. Охота поговорить с фантазеркой!

Глава двадцать четвертая

– Садись рядом, – велел Чернов, – уже соединяю.

Из ноутбука полетели гудки, потом донесся тихий голос:

– Кто там?

– Добрый день, Нина, – начала я, – простите, не знаю вашего отчества.

– Можно обойтись без него, слушаю, – ответила Остапова.

– Это Евлампия, недавно у вас покрытие делала. У меня случилась проблема с ногтями на руках, – сообщила я чистую правду.

– Случается такое, – по-прежнему спокойно отреагировала Нина, – приезжайте, все исправлю.

– Салон закрыт на дезинфекцию, – напомнила я. – И, если уж честно, совсем не хочется бешеные деньги за обычную работу платить.

– Да, в «Вако» очень дорого, – не стала спорить женщина. – Зову вас сейчас в кабинет, который арендую в Москве. Цена за маникюр как у всех, чек не задираю.

– Адрес подскажите, – попросила я и, услыхав название улицы, обрадовалась – это около нашего с Максом дома.

– В семнадцать часов вас устроит? – продолжила мастер.

Я глянула на часы. До своего жилья доберусь за сорок минут, до пяти останется еще немало времени, зайду домой.

– Приедете? – поторопила с ответом Нина.

– Конечно, – заверила я.

– Записала вас, до свидания.

– Осторожно с ней беседуй, – предостерег Володя. – У тебя телефон моргает.

Я схватила трубку и поспешила к лифту.

– Привет, Киса. Почему ты уже дома?

– Это я, – сказала Роза Леопольдовна. – Доставили Людовика Двадцать Восьмого.

– Кого? – переспросила я, выходя на паркинг.

– Ваш заказ, – объяснила Краузе.

– Какой? – удивилась я, садясь в машину.

– Не знаю, – ответила няня. – Здоровенный ящик! Огромный! В квитанции наш адрес, улица правильно указана, номер дома, квартира! Парни, которые притащили штукенцию, уходить не хотели, попросили на чай по тысяче на нос. Я им показала в квитанции графу «доставка оплачена». Но они лишь громче заныли: «Тащили на этаж пехом!»

– У нас есть лифт, – напомнила я, выехав на шоссе.

– Так же отреагировала на их стоны, – рассердилась Краузе, – а они мне показали приписку «подъем на руках».

– Почему? – не сообразила я.

– Или в здании нет лифта, или в ящике очень ценное содержимое, которое может испортиться, – так объяснили, – сообщила Роза Леопольдовна.

– Бред, – не выдержала я, – скорей уж, вещь сломается, если грузчики ее уронят или о стену стукнут!

– Они в кабине прикатили, – продолжила Краузе. – Муся и Фира залаяли, побежали в прихожую, я за ними пошла – решила посмотреть, все ли на площадке в порядке. Глянула в домофон, а парни из кабины вышли, выкатили ящик, который стоял на тележке. Они ее оставили у лестницы, внесли короб, изобразили, что без сил совсем. Артисты!

– Вы им заплатили? – спросила я, зная, что услышу в ответ.

– Вот еще! – рассердилась няня. – Вруны. Спокойно объяснила: «Видела, как вы воспользовались кабиной, не забудьте свою тележку взять, на которой Филиппа везли».

– Вроде раньше вы упомянули Людовика, – вспомнила я.

– Людовик, Филипп – все одинаково, – буркнула Роза Леопольдовна.

Приехав домой, я открыла дверь в квартиру, увидела спину няни и чихнула. Краузе подпрыгнула.

– Кто там?

Потом она обернулась.

– Ох, и напугали вы меня.

– Простите, не хотела, – отозвалась я.

И тут мои глаза увидели нечто! Оно выглядело огромным! Если вы покупали самый большой, двухкамерный холодильник, то понимаете размер того, что сейчас находилось в нашем холле.

– Ух ты, – сказал за моей спиной Макс. – Это что?

– Недавно доставили Филиппа Тридцать Седьмого, – начала объяснять Роза Леопольдовна. – Или Людовика Двадцать Какого-то!

Мне пришлось во второй раз выслушать историю про доставщиков, отсутствие лифта, тележку… Не успела Краузе ввести в курс дела Вульфа, как прибежала Киса, которая была в гостях у свой подруги, нашей соседки. И Краузе опять доложила о произошедшем.

– Что там? – запрыгала Киса.

– Давайте откроем, – предложила я.

– Подожди, – остановил меня Макс, – сбоку что-то висит, наверное, инструкция.

Я приблизилась к упаковке, увидела, что к ней прикреплена небольшая брошюра, сняла ее, открыла и начала читать вслух.