Читаем Маленькое личико полностью

Он сидел неестественно прямо на самом неудобном в комнате стуле: узкое сиденье с синей бархатной подушкой и голая деревянная спинка. Ярость Дэвида Фэнкорта была осязаемой, как будто он бил Чарли по лицу. Она сочувствовала Дэвиду и не винила за буйство. В дальней части комнаты на белом диване сидела Вивьен. Как человек старой закалки, она не выказывала своих чувств при посторонних.

– Мы всемерно стараемся найти Элис и Флоренс, – заверила Чарли.

Ни в чем, кроме грубости, Дэвид не виноват – она это нюхом почуяла с первой минуты допроса. У Саймона просто паранойя, смех и грех. А у Фэнкорта – железное алиби. В момент убийства Лоры Крайер они с Элис были в Лондоне, в полном народу театре.

– Мы всегда начинаем с осмотра жилища пропавшего человека, хотя это, очевидно, единственное место, где его точно нет. Знаю, такое может показаться странным.

– Мне плевать, с чего вы начинаете. Главное – найдите мою дочь.

Чарли отметила, что он не упомянул Элис.

– Постарайтесь успокоиться, – сказала она. – Я понимаю, как это тяжело для вас, особенно учитывая, что постигло вашу первую жену…

– Чушь! – Дэвид раскраснелся. – Со мной все в порядке, вернее, будет в порядке, как только вы разыщете Флоренс. Меня все это бесит. Сначала я едва не лишился Феликса, а теперь Элис украла у меня Флоренс. Правда, никто не верит, что это была Флоренс. Даже…

Он проглотил конец фразы, бросив взгляд на Вивьен.

– Я не говорила, что не верю тебе, – вскинув голову, сухо сказала Вивьен.

Чарли подумала, что с таким же достоинством могла бы вести себя королева. Чарли смутно помнила, что во время расследования убийства Лоры Крайер кто-то говорил ей, на чем сделал деньги отец Вивьен, но детали вылетели из головы. Он основал какую-то фирму – не то пластик, не то упаковка. Словом, при всем внешнем аристократизме, Вивьен была вовсе не из старых богачей.

В гостиной, набитой мебелью, было тесновато. Три дивана, семь стульев, чудовищный кофейный столик, два книжных шкафа в нишах по бокам настоящего камина да маленький телевизор на подставке, почему-то задвинутый за кресло. Наверное, в этом доме его редко смотрят. Чарли отметила, что почти все книги на полках – в твердых переплетах.

Сегодня она приехала в «Вязы» одна. Вчера тут работала группа детективов, которые перевернули все вверх дном и методично осмотрели пожитки Элис. Ее сумочку и ключи нашли на кухне, «вольво» стояла у дома. Из вещей Элис и Флоренс не пропало, кажется, ничего, кроме одежды, в которой они ушли. Вивьен была в этом уверена, а Чарли сочла дурным знаком. Самая тревожная деталь: Вивьен утверждала, что знает всю обувь Элис, и вся она на месте, в гардеробе.

В четверг вечером Вивьен, как всегда, заперла на ночь парадную и заднюю двери. Утром Элис и Флоренс исчезли, но двери были заперты. Никаких следов взлома. Вивьен, Дэвид и Феликс спали ночью спокойно, никто ничего не слышал – ни детского плача, ни грохота, ни звуков потасовки. Складывалась весьма загадочная картина.

Возможно, кто-то уговорил Элис впустить его в дом, а затем похитил ее и ребенка? Тогда они должны были выйти через черный ход. Рядом с задней дверью есть окно с узкой форточкой – примерно пятнадцать на сорок сантиметров. Утром обнаружили, что она приоткрыта, а внизу на кухонном столе лежали ключи Элис. Получалось, что похититель (или похитители) в полной тишине вывел Элис с Флоренс на руках за порог, запер дверь и закинул ключи через форточку.

Или их забросила сама Элис. Чарли не верилось, что Элис настолько тронулась умом, чтобы уйти совсем без вещей – своих и ребенка. Утром Чарли толковала с Саймоном, и тот был на сто процентов убежден, что Элис и Флоренс целы и невредимы.

– Я найду ее, – пообещал он с такой страстью и твердостью в голосе, что Чарли отвела глаза.

– Мы с сыном окажем вам любую помощь, сержант, – сказала Вивьен. – Но ребенка нужно найти. Понимаете? Флоренс для нас – это…

Она осеклась, разглядывая что-то у себя на юбке, а потом подняла голову и вперила в Чарли ясный, пронзительный взгляд.

– Простите, – пробормотала она. – Вы не представляете, как это тяжело для меня. Мало того, что пропала моя ненаглядная внучка, так я еще и не знаю, когда она исчезла – вчера или, может, неделю назад. Что, если я видела ее лишь однажды?

Вивьен плотно сжала губы.

– Вы слышали о женщинах, что слетают с катушек и убивают своих младенцев? – гневно вклинился Дэвид. – Послеродовая депрессия. Они душат детей, выкидывают их из окон… Что может ударить в голову Элис? Часто ли такие матери возвращают детей целыми и невредимыми? Вы должны знать.

Дэвид спрятал лицо в ладонях. Потом сказал чуть спокойнее:

– В последние дни Элис была какая-то дерганая. Она зациклилась на той женщине из больницы, с которой и двумя словами не перекинулась.

– Не факт, что ваша жена сама похитила ребенка, мистер Фэнкорт, – ответила Чарли. – Она же ничего не взяла с собой. Надо полагать, Элис покинула дом против воли.

Дэвид покачал головой:

– Она сбежала и унесла Флоренс.

– Что вы имели в виду, когда сказали: «Я чуть не потерял Феликса»?

Повисло томительное молчание. Наконец заговорила Вивьен: