Читаем Маленький Сайгон полностью

— Я не говорю о делах по телефону. Суеверие. Скажу только, что тебе об этом будет не вредно узнать. Я впутался в одно дельце, которое может касаться тебя. Я не собираюсь тебя упрашивать, это не в моих привычках. Мы сидим в таком старом особнячке в миссионерском стиле близ Серповидной бухты. Увидишь машины перед входом.

Фрай решил, что это будет наилучшей возможностью — рассказать отцу о махинациях Берка прямо в присутствии последнего.

— Хорошо, приеду.

— Ждем тебя через час, Чак. Тащи с собой свою девчонку, если хочешь.

— Мы с ней не общаемся.

— Ну тогда тащи какую-нибудь другую. У парня вроде тебя полно стрел в старом колчане.

Дом Парсонса представлял собой трехэтажный особняк в испанском стиле на берегу Серповидной бухты. Под окнами были ящики с цветами, закрытые коваными решетками. На крыше бурая черепица. Фрай увидел на улице отцовский автомобиль и черный «Ягуар» Берка на въезде к дому.

Дверь открыла Лючия с улыбкой на лице и стаканом вина в руке. Со времени последней телепередачи она сделала перманент. Теперь волосы черными кудряшками спускались к плечам и закрывали лоб.

— Входи, Чак.

— Мои поздравления, Лючия.

— Спасибо. Дело стоило времени, которое я ему посвятила. Ты без Кристобель?

— Как видишь.

Она лукаво улыбнулась и провела его по просторному холлу, выложенному мексиканской плиткой, с пальмами в кадках и фонтаном, бьющим в немаленьком бассейне. Серая продолговатая рыба лениво ходила в воде от стенки к стенке.

— Детеныш акулы, — пояснила Лючия. — Берк их обожает. Безобразная, правда?

Коридор заканчивался огромной гостиной по левую руку и столовой с кухней по правую. За плечом Лючии Фрай увидел Эдисона и Хайлу. И присмотревшись — генерала Дьена и сенатора Лансдейла, а также Кэрола Бартона, местного миллионера, сколотившего состояние на автомобильной мастике, окружного прокурора и актрису из мыльной оперы, назойливо добивавшуюся внимания Берка. Здесь также находились бейсболист, известный своим мощным ударом, и покрытый чудовищным загаром телепроповедник, недавно переехавший на постоянное жительство в Лагуну-Бич.

Сливки сливок, подумал Фрай. Может стошнить.

Он взял шампанское у разносчика и опрокинул.

Эдисон разразился вычурным приветствием. Хайла обняла его и поцеловала в щеку. Лючия представила его некоторым из собравшихся и ушла встречать нового гостя.

— Бенни, наверно, готовится к митингу, — сказала Хайла. — Хорошо бы он сумел прийти. Ему нужно отвлечься.

— С ним все в порядке, мама.

— Надеюсь.

Эдисон взял два бокала шампанского, один передал жене.

— Лючия сделала большое дело. Я поднимаю тост за нее.

— А Берк только собирается сделать большое дело, — изрек Фрай.

Эдисон выпил.

— То есть?

— Выйдем.

Берк возник словно по волшебству и стал между Фраем и его отцом, протягивая Чаку бокал.

— Привет, Чак. Как тебе наша берлога?

— Красиво, Берк.

— Ты видел только малую часть. У нас три этажа и подвал, который поразит твое воображение. Эд и Хайла все это уже видели. Хочешь, я проведу для тебя экскурсию?

И Парсонс с ухмылкой его увел.

— Моргнуть не успеете, как я вам его возвращу, Хайла. У меня не будет времени втянуть его в неприятности.

— О, Берк!

— Приятная женщина твоя мама, Чак. Истинное слово, приятная.

Он провел Фрая через раздвижную стеклянную дверь в патио с еще одним фонтаном. Гостевой флигель располагался на дальнем краю двора, под высокими бананами.

— Вот в этом маленьком домике работают сотрудники Лючии — порой круглыми сутками. — Они вошли в западное крыло дома. — Это мои владения. Еще у меня весь второй этаж и подвал. Лючия занимает третий.

— А я и не знал, что вы живете вместе.

— Мы неплохо уживаемся, из-за того, что оба много испытали, только в разные времена.

Войдя в дом, Фрай услышал, как отдаются эхом его шаги по плиточному полу. Под потолком на стенах горели большие свечи в деревянных канделябрах. Дверной проем в виде арки вел в библиотеку с высоченным потолком и книгами до самого потолка. К каждому стеллажу была приставлена выдвижная лестница. В библиотеке стояли четыре хороших кожаных кресла, рядом с каждым стояла лампа для чтения. У одной из стен расположился небольшой бар, с прекрасным выбором напитков. Берк жестом пригласил Фрая пройти к бару, затем перегнулся через стойку и опять выпрямился. Часть панельной стены стала отъезжать в сторону под тихое гудение мотора. Включился свет. Фрай увидел лестницу, ведущую вниз.

Берк улыбнулся.

— Ты же знаешь, Чак, я любитель всяких хитростей. Это моя натура. Смотри под ноги, лестница довольно крутая.

Фрай пошел вслед за ним вниз.

— Знаешь, Чак, эта твоя Кристобель такая милашка. Счастливая находка.

— Не уверен, что такая счастливая, Берк.

Парсонс удивленно обернулся.

— Она что, нехороша в постели?

— В постели она что надо, Берк. Один раз у нас было, так она просто себя забывает.

Берк улыбнулся.

— Думаешь, это правда, что все блондинки — дуры?

— Нет.

— Я тоже в это не верю. Но за это они мне и нравятся. Быть блондинкой и притом дурой — такое сочетание выдержать трудно.