Читаем Маленькая дрянь полностью

Ханна остановилась и достала что-то из переднего кармана. Жестянка. Она вытащила из нее несколько таблеток и сунула их в рот.

Где-то позади них хрустнула ветка.

Элли повернулась на звук и посветила фонариком, но не увидела ничего, кроме деревьев.

— Что ты делаешь? — спросила Ханна.

— Ты не слышала?

— Что слышала?

— Ничего. Пошли, — отмахнулась Элли и снова начала идти… на этот раз быстрее.

— Надеюсь, мисс Битти не будет сильно волноваться, если узнает, что мы улизнули, — сказала Ханна.

— Неважно. Я делаю то, что хочу, — огрызнулась Элли, вспомнив ужин. Как старая леди просто ее игнорировала. Но даже произнеся эти слова, Элли поняла, что они не совсем правдивы. И хотя ей хотелось насолить мисс Битти за то, что та причинила ей боль, она надеялась, что ее опекунша не узнает об этом.

Элли жалела, что сейчас она с Ханной, а не с мисс Битти. Не сидит на противоположном конце дивана, не смотрит телевизор, плотно укрывшись одеялом. Чувствуя себя защищенной, желанной… в безопасности.

Не направляясь в дом ужасов из ее прошлого.

После последнего посещения дома она приняла решение. Для нее там ничего не осталось. Ее брата действительно больше нет.

— Если тебе плевать, что она узнает, почему мы ждали, пока она уснет? — спросила Ханна.

Элли не ответила. У нее не нашлось ответа.

— Ну, я бы хотела иметь такую мисс Битти, — мечтательно сказала Ханна. — Тебе очень повезло.

«Да, повезло».

— Вместо этого у меня злая Клэр.

«Да. Боюсь, что так и есть».

Элли чувствовала запах дождя в воздухе и надеялась, что он задержится на пару часов, чтобы дать им время добраться до дома и обратно.

Следующие пятнадцать минут прогулки Ханна продолжала болтать, слова вылетали у нее изо рта, как и раньше, когда она была под кайфом от коктейля из таблеток, отпускаемых по рецепту. Она говорила о книгах, о жизни в Калифорнии, о своем друге, который погиб за рулем, о чем-то еще, что Элли совсем не слушала… а потом о том, как раздражает, что ее мать и отчим так часто ссорятся.

— Как давно они женаты? — спросила Элли.

— Почти пять лет. Я бы хотела, чтобы он просто развелся с ней и взял опеку надо мной. Хотя не думаю, что суд когда-нибудь позволит этому случиться, — вздохнула она.

— Так он тебе нравится?

Ханна заколебалась, затем:

— Да, а почему бы и нет?

— Я просто спросила.

— Ну, может, он и не идеален, но нравится мне гораздо больше, чем моя мать. Это точно.

— Где твой настоящий отец?

— Да кто его знает. Он ушел, когда я была ребенком.

«Прямо как мой отец».

— Ну и почему твоя мать и Тед так часто ссорятся?

— Потому что она стерва, а он зависим. Она не доверяет ему совсем, и все время срывается и придирается к нему. А он просто принимает это. Это меня так злит. Я бы хотела, чтобы он хоть раз постоял за себя.

Примерно десять секунд стояла тишина, прежде чем Ханна снова начала нести ахинею. Но на этот раз речь шла совсем не о Теде и Клэр. Речь шла о борьбе с аллигаторами. Хоть Ханна и была чокнутой, но Элли это нравилось.

С ней она чувствовала себя менее странной.

Всю оставшуюся часть прогулки Элли не обращала внимания на подругу, потому что с каждым шагом ощущение, что за ней наблюдают, становилось все сильнее. Каждый раз, когда слышала вдалеке треск веток, она шла чуть быстрее. Пиглет, похоже, тоже нервничала. Она грозно рычала со своего места в рюкзаке.

Элли тоже все больше волновалась, что мисс Битти узнает, что они улизнули. Теперь, когда ее не снедала ревность, она мыслила гораздо яснее — и идея тайком сбежать казалась ей просто ужасной. К тому же надвигающаяся гроза…

— …а он слишком слаб, чтобы постоять за себя, понимаешь? Когда смотрю на это, меня это действительно бесит… — говорила Ханна, слова покидали ее рот с огромной скоростью. Она вернулась к Теду и Клэр. — Но он Рак, поэтому вполне естественно, что стремится избежать конфронтации.

— А? У него рак?

— Нет, глупышка. Я имею в виду его знак.

— Знак?

Ханна остановилась.

— Ты вообще меня слушаешь?

— Да. Я просто не понимаю, о чем ты говоришь.

Ханна положила руку на бедро.

— Раки известны тем, что хотят избежать конфликтов. Ты ведь знаешь это, верно?

— Нет.

Ханна проговорила недоверчиво.

— Ты, должно быть, шутишь. Серьезно, неужели вы ничего не знаете?

Элли почувствовала, что ее лицо покраснело.

— Вы?

— Да, ну, знаешь, южане. Жители заливов… деревенские люди, — она медленно произносила каждый слог, как будто Элли нуждалась в этом.

Неужели она назвала ее невежественной? Даже глупой?

— О боже. Прости меня. Не могу поверить, что я это сказала, — воскликнула Ханна. Она потянулась и попыталась обнять Элли, но Элли оттолкнула ее.

Во-первых, она очень оскорбилась. Во-вторых, еще не совсем привыкла к объятиям.

Вдруг лицо Ханны оказалось так близко к ее лицу, что она почувствовала ее теплое дыхание.

— Ты мне нравишься. Правда нравишься. Пожалуйста, не злись. — Элли услышала, как она схватила свою жестянку и снова открыла ее. — Боже. Может, я приняла слишком много таблеток, и это, типа, серьезно дурманит мне голову. Имею в виду, я бы никогда не сказала ничего подобного. Я даже не думаю так.

Элли отступила от неё.