Читаем Максимум полностью

В этой главе мы обсудили роль занятий и врожденных способностей в развитии навыков. Я считаю, что, хоть врожденные качества и влияют на освоение навыка на начальных этапах, однако количество и качество тренировок гораздо важнее. Почему? Потому что умение мозга и тела адаптироваться к изменяющимся обстоятельствам перевешивает любые генетические предрасположенности. Мне кажется, что гораздо важнее понимать, как и почему некоторые виды занятий способствуют развитию навыков, чем тратить время на выискивание генетических различий между людьми.

Но есть и еще более серьезная причина подчеркивать приоритет практики над природой: риск самовнушенного предсказания.

Если человек считает, что определяющую роль в возможности успеха играет врожденный талант, он склонен принимать основанные на этой предпосылке решения. Когда мы предполагаем, что не обладающие врожденным талантом люди не могут добиться успеха по определению, это приводит к тому, что детям, мгновенно не проявившим себя в каком-то деле, велят заняться чем-нибудь еще. Неуклюжих детей не берут в спортивные команды, тем, кто сходу не может спеть песню, велят держаться подальше от музыки, а ребятам, которым сразу не даются вычисления, – от математики. И разумеется, так оно и выходит: девушка, которой в детстве велели забыть о спорте, не умеет играть в теннис или футбол; юноша, которому якобы медведь на ухо наступил, не знает ноты и не умеет петь; а дети, которым твердили, что математика – не для них, так и вырастают, искренне в это веря. Пророчество сбывается само собой.

По другую сторону – дети, которым учителя и тренеры уделяют больше внимания, которых родители хвалят и поощряют развивать навыки. В итоге они вырастают с умениями, недоступными тем ребятам, кому вечно твердили: «Даже не берись, это не твое».

В своей книге «Гении и аутсайдеры»[94] Малкольм Гладуэлл рассказывает об известном феномене, который заключается в том, что у большинства профессиональных хоккеистов из Канады дни рождения приходятся на месяцы от января до марта. Неужели месяц рождения влияет на склонность ребенка к хоккею? Конечно нет. Просто в Канаде существуют ограничения на минимальный возраст игроков: чтобы попасть в команду, ребенку к 31 декабря предыдущего года должно сравняться столько-то лет. Дети, рожденные в первые три месяца года – самые старшие в своих командах. А в возрасте 4–5 лет, когда все они начинают тренировки, разница в несколько месяцев играет огромную роль. Некоторые дети в группе старше своих товарищей почти на год – а значит, они куда выше и массивнее, обладают лучшей координацией и отличаются более устоявшимся характером. Правда, со временем различия в возрасте сглаживаются и у взрослых игроков уже не видны. Истоки преимуществ, которые обеспечивает разница в возрасте, лежат в детстве, когда физические различия еще имеют какое-то значение.

Феномен канадских хоккеистов объясняется просто: тренеры подыскивают себе самых способных игроков среди совсем маленьких детей. Никто не отбирает детей по возрасту: тренеров интересует только, кто лучше играет и, соответственно, более талантлив. Многие тренеры склонны уделять больше внимания так называемым «талантливым» игрокам, больше с ними заниматься и чаще выпускать на лед. Как правило, этих игроков считают талантливыми не только тренеры, но и их коллеги по команде. Более того, они склонны больше тренироваться, потому что им все твердят, что у них есть все задатки, чтобы прорваться в высшую лигу. Разумеется, удивительный результат не заставляет себя ждать, и это справедливо не только для хоккея. К примеру, исследование тринадцатилетних футболистов показало, что более 90 % лучших игроков родились в первой половине года.

Позднее это преимущество перестает играть такую заметную роль. Возможно, потому, что к моменту отбора в основные лиги младшие игроки понимают, что им нужно тренироваться больше старших товарищей по команде и это входит у них в привычку. В конечном итоге многие из них затмевают бывших школьных «звезд». Но все-таки нет сомнений в том, что у мальчишек из Канады, родившихся с января по март, есть преимущество перед остальными будущими хоккеистами.

Представим, что было бы, если бы такая же схема существовала и в шахматах. Предположим, некая группа специалистов отбирала бы начинающих игроков для обучающей программы при наличии у них некоего «врожденного дара». Они бы учили детей играть а затем, спустя три-четыре месяца, смотрели, кто из них добился наибольших успехов. Мы уже знаем, что в среднем дети с более высоким уровнем интеллекта быстрее осваивают шахматы, так что место в программе предложили бы именно им. Остальных бы попросили на выход. В результате мы бы получили кучу шахматистов с высокими показателями IQ. Но мы-то знаем, что на самом деле многие гроссмейстеры не обладают высоким «тестовым» интеллектом, а значит, в итоге шахматы как вид спорта и искусства остались бы без вклада всех этих потенциально великих шахматистов.