А теперь давайте представим, будто речь идет не о шахматах и спорте, а о математике, которую преподают в школах. Таких же исследований, как в случае с шахматами, в этой области не проводилось, но давайте предположим, будто детям с хорошо развитыми зрительно-пространственными функциями на начальных этапах математика дается проще, чем остальным. Недавние исследования показали, что дети, которые до начала школы играли в настольные игры, где требуется считать количество ходов, быстрее усваивают основы математики в классе. Наверняка существует еще множество разных видов занятий для дошкольников, которые облегчат им освоение математики в школе. Впрочем, многие учителя этого не понимают – они считают, что дети, которым легче дается математика, попросту более талантливы и обладают некими врожденными способностями. Учителя склонны поощрять таких «талантливых» детей и больше с ними работать. Так что нет ничего удивительного, что спустя год эти дети разбираются в математике намного лучше одноклассников. И это неравенство сохраняется на протяжении всей школы. Для некоторых профессиональных областей, например физики или инженерных наук, требуется хорошее знание математики. Эти области оказываются недоступными для школьников, которых сочли неспособными к математике. Но если здесь действует такая же схема, как и в шахматах, то это значит, что человечество лишилось огромного количества выдающихся инженеров и физиков просто потому, что когда-то тем сказали, что у них «нематематический склад ума».

Именно поэтому верить во врожденные способности вредно. Это заставляет людей считать, будто у некоторых людей есть талант, который можно заметить еще в детстве. Это в свою очередь приводит к поощрению «талантливых» детей и игнорированию всех остальных. Человеку свойственно стремиться к поиску наиболее оптимальных решений: нам хочется вкладывать время, деньги и другие ресурсы в области, которые наверняка принесут наибольшую пользу. Кроме того, мы не хотим, чтобы дети разочаровывались в себе, если у них что-то не получается. Как видите, помыслы самые благородные, а вот результат – ужасает. Самый лучший способ избежать этого – признать, что потенциал есть у каждого человека, и искать пути к его реализации.

9

А что дальше?

Чтобы ответить на этот вопрос, приведу вам один пример. На протяжении недели студенты первого курса физики участвовали в эксперименте, который позволил им понять, как может выглядеть будущее образования в их области. Эксперимент включал лишь один курс по электромагнитным волнам, однако и этого было достаточно. Студенты, которые работали над этой темой при помощи методики осознанного развития, выучили в два раза больше материала, чем их сокурсники, использовавшие традиционный подход. Удивительный результат, невиданный для этой области.

Эксперимент провели трое ученых Университета Британской Колумбии – Луи Деслорье, Эллен Шелью и Карл Виман, обладатель Нобелевской премии по физике за 2001 год, который обратил свое внимание на качество образования студентов[95]. В 2002 году на деньги, полученные им как нобелевским лауреатом, запустил в Университете Колорадо проект по изучению технологий физического образования. Позднее в Университете Британской Колумбии он также учредил «Образовательную инициативу Карла Вимана». Все это он делал, потому что искренне верил: существует более эффективный способ обучения, чем привычные лекции и семинары. Именно это он и его двое коллег хотели доказать, проведя эксперимент для первокурсников факультета физики, преподавание на котором отличалось особым консерватизмом.

На курсе училось 850 студентов, разбитых на три потока. Даже первый курс отличался редкой «зубодробительностью»: студентам преподавали математическую физику и требовали решать задачи с большим объемом вычислений. Опытнейшие профессоры кафедры считались едва ли не лучшими преподавателями университета, их высоко ценили и сами студенты. Избранная ими методика преподавания не отличалась новизной: три раза в неделю проходили лекции, которые представляли собой презентации продолжительностью 50 минут; каждую неделю выдавались задания на дом и устраивались консультации, во время которых студенты решали задачи под присмотром ассистентов преподавателей.

Виман с коллегами выбрали для своего эксперимента 270 студентов – два потока. На двенадцатой неделе второго семестра первый поток начал изучать очередной раздел по привычной методике, в то время как остальные студенты опробовали новый подход. Потоки ничем не отличались друг от друга: у них совпадали средние оценки по экзаменам в середине семестра и стандартизованным тестам по физике во время одиннадцатой недели обучения, а также посещаемость и увлеченность занятиями за десятую и одиннадцатую недели. Короче говоря, две группы студентов вели себя совершенно одинаково на занятиях и обучались физике в одинаковом темпе. Но все вскоре изменилось.