Если предположение Мо Бан Фу верно, тогда правительствам всего мира, возможно, и удастся пресечь рост мировой криминальной экономики и сократить масштабы той мощной дозы нестабильности, которую эта экономика придает нашей жизни. Но если нам не удастся создать действенный регулирующий механизм, то есть какую-либо форму глобального правления, тогда организованная преступность и коррупция объединят усилия с протекционизмом и шовинизмом, создавая мир, который будет нестабильным – и очень опасным.

Эпилог

Темный мир транснациональной организованной преступности вовлекает в свою орбиту всех нас, хотя иногда и незаметно для нас самих, – в качестве потребителей. Так, за последние пятнадцать лет доля затрат на продукты питания в семейных бюджетах западных стран резко упала. Расходы сельскохозяйственных производств сократились благодаря труду нелегальных или насильственно ввезенных работников, а инфляцию в Великобритании удается сдерживать на приемлемом уровне отчасти благодаря тому, что рабочим-мигрантам платят мало.

В 2005 году итальянские ученые измерили в реке По содержание одного химического вещества, которое появляется в моче только после употребления кокаина. Благодаря точнейшим процедурам исследований удалось продемонстрировать, что 5 млн человек из числа жителей долины По ежегодно потребляют почти полторы тонны этого наркотика. Это в двадцать раз больше, чем показали предыдущие оценки, которые основывались на небрежных сопоставлениях статистики, полученной благодаря социологическим исследованиям. (Как и в случае с табаком и алкоголем, люди, употребляющие наркотики, обычно преуменьшают количество кокаина, которое они принимают – если вообще готовы признать за собой подобную привычку.) Этот белый порошок по-прежнему является желанным угощением на вечеринках профессионалов из среднего класса Берлина, Лондона и Нью-Йорка. Принимая запрещенные наркотики, потребители не только вносят свою лепту в огромные криминальные прибыли, но и несут косвенную ответственность за тот кровавый след, которым отмечен каждый этап путешествия белого порошка.

В 70-х годах, когда я был студентом, в кругу моих сверстников хождение к проституткам считалось совершенно неприемлемым делом. А сегодня молодые, образованные европейские мужчины не видят ничего дурного в том, чтобы полететь в Эстонию или какую-нибудь другую восточноевропейскую страну на «холостяцкий уик-энд», на котором приглашение проституток является непременным атрибутом веселья. Прибыли от подобных промыслов складываются из готовности тех или иных отдельных личностей нарушить закон или порвать с социальными табу – ради удовлетворения своих желаний.

Но какие бы плюсы рядовые граждане ни получали от организованной преступности в таких областях, как снижение продовольственных цен и употребление рекреационных наркотиков, в других сферах ее деятельности им грозят только убытки и потери. Громадным источником прибыли для криминальных синдикатов – вторым по доходности – являются кражи, от обычного воровства до сложного мошенничества. Киберпреступность угрожает сегодня каждому из нас, а благодаря все более активному применению компьютеров во всех сферах нашей жизни она стала затрагивать и тех людей, которые в жизни не выходили в Интернет. С начала нового тысячелетия электронная преступность растет фантастическими темпами и является, вероятно, самой трудной проблемой для государственных правоохранительных структур во всем мире. Киберполицейские страдают как от скудного финансирования, так и от нехватки квалифицированных кадров.

Но, вероятно, самым привлекательным занятием современных «преступников без границ» является отъем денег у государственных структур. Контрабанда товаров, облагающихся высокими налогами, является древнейшей разновидностью организованной преступности и сохраняет свою популярность и в наши дни – в таких сферах, как незаконная торговля сигаретами. Однако возможность перемещать крупные суммы денег и большие партии товара с большой скоростью породила и новые преступные промыслы, в особенности такие, которые паразитируют на нестыковках в налоговых режимах различных стран. Если уметь пользоваться подобными лазейками, можно получать неимоверные прибыли. Так, в Европе в 2000–2007 годах самой бурно растущей криминальной отраслью стала так называемая «карусельная афера». Банды, которые занимаются импортом товаров в Европейский союз или перевозят их между его странами, незаконно требуют возмещения им НДС, или налога с продаж, а затем реэкспортируют товар. В 2006 году в Евросоюзе сообщили, что не могут назвать точную цифру убытков от таких афер, но предположили, что подобные мошеннические схемы ежегодно обходятся налогоплательщикам как минимум в 100 миллиардов долларов. Такие аферы становятся все популярнее благодаря огромным прибылям, которые они приносят, а также вследствие их запутанных механизмов и статуса «преступления без жертв» (потому что никто конкретно не страдает от того, что были украдены деньги налогоплательщиков).