Старшина: Ничего подобного и близко не было. Что было, то записано. Вот. Баян в рюкзаке. Красный мешок в белый горошек. Всё. Больше ничего. А ты говоришь не пил. А чего ж мы тебя из сугроба вытаскивали, как репку? Нам что, больше делать нечего? Потому что пьян был вдрызг. Матерился, как сапожник. Так что, по всем прикидкам корячится тебе пятнадцать суток за сопротивление и оскорбление представителя власти. Если не против, можем оставить. А нет – иди!

Григорий: Ну, вы сами подумайте. Как это иди? Я всю ночь работал, заработал деньги на месяц вперёд. А теперь – иди. Что мне жена скажет?

Ефрейтор: Товарищ не понял. Так ты что, хочешь оформиться на пятнарик? Этого ты хочешь?

Сержант: Да чего с ним толковать? Давай отвезём его туда, где мы его подобрали. А ну, пошли! Давай, вставай!

Ефрейтор: Пошли. пошли. А то дуришь народ и детей. Обдираешь, зашибаешь дурные деньги. Кстати, нетрудовые доходы. Налоги не платишь. Или платишь? Конечно, нет.

Сержант: Вот именно, а пьёшь, как свинья, валяешься, где попало, и ещё предъявляешь необоснованные претензии к людям при исполнении, которые спасли тебя от замерзания. Пошли.

Ефрейтор: Давай, давай, бери свои бэбехи. Поехали. Ты нам здесь не нужен. Праздник закончился. Наступили трудовые будни.

Они вывели Дронова, впихнули в машину.

Картина-10

Ефрейтор: Давай, выгружайся. Приехали. Вот в аккурат, то самое место. Вот здесь и ищи свои деньги, колбасу и водяру.

Они хлопнули дверьми и уехали. Дронов сел на сугроб. Зачерпнул снег ладонью. Обтёр лицо.

– Ох-хо-хо-хо… Ну вот тебе… Заработал. И домой не с чем идти. И шесть тысяч потратил на изготовление костюма. Ничего не отбил. Полное разорение. Опозорился хуже некуда. Неудачную акцию предпринял. Ну вот, ещё и снег пошёл.

Он тяжело поднялся и побрёл по дороге.

– Опять этот долбанный пакет. – Он пнул его. Потом подобрал. Разодрал его. Бросил на снег бумаги. – На хрен мне всё это надо. О! А тут ещё какой-то свёрток. Что они сюда накрутили? Сволочи гнусные.

Он взял за край обёрточной бумаги и выпустил свёрток из другой руки. Обёрточная бумага осталась у него в руке, а на снег посыпались пачки денег.

– Э-э-э-э-… А, это что такое? Баксы? Ни фига себе. А ну быстро их в мешок. Чтоб никто не видел. Это же сколько? В пачке сто на сто, десять тысяч. Помножить на пятнадцать пачек. Я таких бабок отродясь в руках не держал. И бумаги тоже сюда. Следы оставлять не надо. А вдруг бумаги тоже ценные. Это же спасение. Странно. Откуда же эти бабки оказались в моём мешке? Надо по-быстрому линять отсюда. Эй, такси!!!

Взвизгнув тормозами, возле него остановилась машина.

Таксист: Куда едем, Дедушка Мороз?

Григорий: Домой! На хаузен казармен! С Новым Годом!

Таксист: Взаимно, Дед Мороз! Взаимно! Едем! Ну, удалось хоть немного заработать?

Григорий: Ну, не так как планировалось, но есть надежда, что жена не выгонит.

Таксист: Ну и отлично. Всех денег не заберёшь. Главное – здоровье. Сердце рвать не надо. Нам направо или налево?

Григорий: На Толстого.

Таксист: Тогда направо.

Григорий: Вот сюда. Во двор. Вот и мой подъезд. Это вам. Сдачи не надо.

Таксист: Это много.

Григорий: Пусть это новогодним сюрпризом от Деда Мороза. До свиданья.

Таксист: Спасибо. До свиданья, Дед Мороз!

Действие второе

Эту историю мы могли бы и закончить на хорошей, оптимистической и вроде бы справедливой ноте. И даже, наверное, могли бы поставить на этом точку. Но жизнь частенько по-своему расставляет знаки препинания. Поэтому истории на этом не заканчиваются и порой имеют самые неожиданные продолжения.

Картина-11

В больничной палате, в постели, в бинтах и с трубочками, идущими к аппарату искусственной вентиляции лёгких, лежала Вика. У её постели сидел мужчина в халате.

Леевский: Меня зовут Клавдий Гурьевич Леевский. Я следователь. Мне поручено расследовать дело о расстреле сотрудников ОАО «ОСКОЛ». Так ведь называлась ваша фирма? Вы можете полностью назвать себя?

Вика: Виктория Викторовна Артюкова. Кадровик. Начальник отдела кадров.

Леевский: Что вы можете сообщить по данному делу. Вы одна осталась живой. Хорошо, что все родственники сотрудников всполошились, и все стали звонить в милицию. Но часа два было потеряно. Если бы скорую вызвали вовремя, то возможно спасти удалось бы ещё кого-нибудь. Расскажите, пожалуйста, как всё начиналось?

Вика: Ну, мы собрались узким кругом, чтобы встретить Новый год. Выпивали. Пели. Танцевали. Ну, в общем, всё, как водится. Такой вполне обычный себе корпоративчик. Даже Дед Мороз приходил. Поздравил нас. Всё достойно. Хотя есть одна странность.

Леевский: Какая?

Вика: Шеф наш, директор Сергей Петрович Баглашов официально через специализированное агентство заказал Деда Мороза.

Леевский: И что же здесь необычного?

Вика: Да вот в том то и дело, что Дедом Морозом оказался бывший наш сотрудник, которого уволили за месяц до того.

Леевский: И кто он?