Читаем Майя полностью

- Ну что вы! В магазине - это совсем не то, в магазине - штамповка. Травы для этого чая собирают в горах мои сестры. Считается, что только незамужние девушки могут это делать, иначе вкус чая будет не таким хорошим.

- Почему только незамужние?

(А... ведь тут если не замужем - значит девственница, ну понятно...)

- Потому что они еще не испорчены.

- Ну, да разумеется..., - не могу быть искренней в таких ситуациях, глупо поддакиваю, улыбаюсь, а на самом деле тошнит меня и от его дурацкой морали, и от своего поведения. Но остановить разговор уже не могу, втянулась в дружескую гнилую беседу. - У тебя большая семья?

- Да, четыре родных брата и три родных сестры, а сколько у меня двоюродных братьев и сестер! А еще сколько племянников! Мэм, скоро будет свадьба у одного из моих двоюродных братьев, для моей семьи было бы очень радостно пригласить Вас.

Побывать на индийской свадьбе... ну а что, эта идея мне нравится, хотя я даже смутно не представляю, что это такое, разве что из кино, впрочем я уже начинаю понимать, что индийское кино, судя по всему, призвано изображать зеркальное отражение индийской жизни по принципу диаметрально противоположного. Камера-обскура!

- Если я к тому времени еще буду здесь, обязательно приду.

- Так разве это не от Вас зависит, будете Вы здесь или нет?

Точь-в-точь такими вопросами меня всю жизнь доставала мама. Она никак не могла понять, что я понятия не имею, когда вернусь с очередной вечеринки - откуда мне знать, когда возникнет желание оттуда свалить? Может быть, прямо через пять минут, а может я там встречу страстного мальчика и захочу пропасть с ним на недельку-другую? И как можно это спланировать? Меня всегда воротило от такого подхода к жизни, который она пыталась мне навязать - она хотела, чтобы я поступала как она - решила вернуться домой в девять, значит надо вернуться максимум в десять, а уж если ты еще и пообещал кому-то (и тем более - ей) вернуться в девять, то тут хоть сам Шива предстанет перед тобой во всех своих воплощениях, - надо выполнить данное ей обещание... "Попроси прощения, в конце концов, и сделай то, что обещала..." Такой она хотела сделать мою жизнь, но черта с два - пусть попробует поймать меня!

- Буду я здесь или нет - зависит от моего желания, а откуда я знаю, от чего зависят мои желания?

Замолчал, явно не ожидав услышать от меня что-то глубокомысленное в ответ на такой простой вопрос. Туристы здесь редко бывают глубокомысленны, разве что когда у них несварение желудка. Еще какое-то время Шафи молчит, видимо из вежливости, чтобы дать понять, что уважает глубокие мысли, а потом все-таки меняет тему и зовет меня ближе к воде, - туда, где стоят кресла.

Алена он представил мне как своего брата. ...Совсем не похож на индуса, несмотря на то, что смуглый и черноволосый. Хочется легкого флирта. Приглядываюсь, но нет... Мимолетное разочарование, - Ален совсем не в моем вкусе. Да и не воспринимаю я индусов как возможных любовников...

Все-таки приятно, что, судя по всему, и Шафи и его брат, которого я пока что воспринимаю только краем сознания, механически протянув руку и пропустив мимо ушей его приветствие, отдают себе отчет в том, что чем меньше они будут мешать моим мыслям и капризам, тем дольше я у них задержусь.

Замираю, прислушиваюсь к ощущениям, и словно из ниоткуда возникает состояние приятной безмятежной истомы, когда не хочется ничего делать, ничего говорить, но в то же время это не лень, не апатия, а нечто совершенно противоположное. Удивительна эта безмятежность - она деятельна, но деятельность ее сокрыта, она выражает себя как завихрения плотности ощущения жизни, как насыщенность восприятий ароматами и обертонами, этого не измеришь и не передашь словами, но как ясно я чувствую этот плотный поток безмятежности, словно сливающийся с темными струями озера под моими ногами, захватывающий в себя и мою дрёму с видением храма, и всю мешанину первых сумбурных впечатлений об Индии. Как удивительно, когда суета внешнего мира скользит по поверхности невидимой сферы, и внутри этой сферы я живу своей жизнью - там ласковое солнце, радость и предвосхищение, там нежно-голубое высокое пространство пронизано золотыми переливающимися тончайшими нитями. Если бы так могло быть всегда... Если бы это переживание было со мной постоянно... это невозможно, невозможно... жизнь - это череда мелкого и глубокого, и где мне найти побольше этой глубины? Уж наверняка не в беседах с Шафи и его братом...

- Ты не боишься путешествовать одна? - голос у Алена низкий и приятный.

- Нет, я вообще редко чего-то боюсь.

- Все европейские девушки такие?

- Не знаю... нет, наверное. Нет. Девушек обычно интересует то, на что смелость не нужна.

- А что интересует тебя?

- Не знаю. Поиск чего-то, чему я пока не могу дать названия.

- Духовный поиск... Понятно. Ты буддистка? - этот вопрос меня рассмешил. Ну почему люди всегда все сводят к чему-то банальному, даже если ты открыто говоришь о том, что ничто однозначное тебя не привлекает?