Читаем Майами, 69 полностью

Потрясенная словами девочки, Кара быстро сунула ноги в пляжные шлепанцы, схватила халат с сумкой и решительно поднялась.

— Спасибо, Ясмин, за твой рассказ. Можешь передать Гамиле, чтобы она больше не волновалась, — сказала она и направилась в гостиницу.

Девочка забралась в освободившийся шезлонг и крикнула Каре вдогонку:

— Хорошо, мисс О'Хара, я ей передам.

Тут же за спиной Кары послышался мужской голос:

— Кому и что ты, Ясмин, собираешься передать? Кара оглянулась и увидела того самого мужчину, который поддержал ее, когда она падала с лестницы. По обеим сторонам от него стояли все те же два охранника в тюрбанах. “Если малышка сказала правду, то я знаю, что больше всего ему во мне понравилось”, — глядя на отца Ясмин, подумала девушка. В надежде прикрыть грудь она потянула купальник за узкие полоски ткани, соединявшие трусики с лифчиком, но при этом края трусиков поднялись и еще больше оголили ее ягодицы. Спустя мгновение Кара поняла, что оказалась между двух огней: пряча грудь, она почти совсем оголяла задницу, а если попытаться прикрыть ягодицы, то ее пышная грудь наверняка вывалится наружу. Это был главный недостаток ее бикини. Девушка с ужасом представила, что может подумать о ней его высочество и сопровождающие его охранники.

Кара в сердцах бросила пляжную сумку и стала просовывать руки в рукава халата.

— Пожалуйста, извините меня, мисс О'Хара, — произнес отец девочки. — Не знаю, какой разговор состоялся у вас с моей дочерью, но я не хочу, чтобы вы так нервничали. Был бы очень признателен, если бы вы смогли уделить мне две минуты внимания.

Кара тем временем успела туго затянуть поясок халата и подобрать с пола сумку.

— Боюсь, что не смогу. Не хотелось бы ранить чувства Гамилы, — ответила она и, злясь на жгучего с посеребренными висками брюнета, решительно направилась к входу в отель.

Она слышала, как за ее спиной восторженный голосок Ясмин воскликнул:

— А она ничего! Правда, папочка?

Едва девушка оказалась в вестибюле гостиницы, как раздражение по поводу того, что трое мужчин сверлили глазами ее почти голое тело, тут же улеглось. “Ну и что удивительного в том, что они так бесцеремонно меня разглядывали? Все мужчины, завидев хотя бы кусочек обнаженного женского тела, так поступают. Поэтому девушки и носят бикини”, — подумала Кара и поклялась никогда больше не надевать этого купальника. Во всяком случае, пока живет в “Отель Интернэшнл”.

Если Ясмин, сообщившая ей, что она нравится отцу, ничего не выдумала, то получалось, Кара привела его в такой восторг, что он не смог скрыть этого даже от своей увешанной бриллиантами фаворитки. Теперь Кара опасалась, что богатый вельможа, наверняка не привыкший к тому, чтобы ему отказывали, возьмет и выкинет какой-нибудь свой восточный фортель, после которого непременно случится скандал, в результате чего администрация “Отель Интернэшнл” обязательно ее уволит.

Девушка направилась к двери магазинчика, в котором продавали товары для отдыхающих, чтобы посмотреть, нет ли там какого-нибудь купальника, менее вызывающего, чем ее бикини. Проходя мимо широкой двери центрального входа, она сквозь стекло увидела людей, в основном постояльцев “Отель Интернэшнл”, толпившихся там. Они стояли на ступеньках под козырьком и все, как один, с явным интересом на что-то смотрели.

Снедаемая любопытством, девушка потуже затянула поясок халата и вышла на улицу.

Оказалось, что на Коллинз-авеню проходила демонстрация. Двое полицейских, изрядно вспотевших под солнцем, со скучным видом следили за группой юношей и девушек, скорее всего студентов, шествующих по пешеходной части улицы.

Молодежь, численностью не более тридцати человек, одетая в джинсы и трикотажные майки с короткими рукавами, с транспарантами в руках, пройдя мимо центрального подъезда несколько десятков метров, разворачивалась, после чего, продолжая громко скандировать лозунги, двигалась в обратном направлении. Все участники демонстрации представляли собой явных выходцев из Ближнего или Среднего Востока. Требования их, как показалось Каре, были самыми что ни на есть элементарными: больше школ с бесплатным обучением, снижение налогов, больше политических свобод, обеспечение прожиточного минимума всем работающим…

Вглядевшись в группу демонстрантов. Кара заметила в ней парня в грязновато-белых джинсах фирмы “Ливайс” и полосатой курточке, который возил ее с Джеком Мэллоу к Хассану Хафизу, и девушку, занимавшуюся отправкой писем на борту прогулочного катера.

— Наверное, молодые коммунисты, — заметил стоявший рядом с Карой зевака. — Боже мой, что же говорится в мире? Куда же мы идем?

— И я не знаю, — произнес другой наблюдавший за шествием мужчина.

Неожиданно группа молодежи остановилась, и тогда один из полицейских резко выкрикнул:

— Эй, вы, двигайтесь! Пока маршируете, вы правил проведения демонстраций не нарушаете, а если остановитесь и заблокируете вход в отель, мы вас отсюда прогоним.

— Слышали, что он сказал? — обратился к своим товарищам знакомый Каре парнишка. — Давайте расходиться.