— Нет-нет, Жюль, сегодня не здесь! — резко возразил он, отвергая предложение метрдотеля занять небольшой столик. — Мне нужен стол на шестерых. Видишь ли, сегодня ко мне присоединятся миссис Харрис, моя жена, и четверо наших детей.

— Да, сэр. Конечно, сэр, — ответил метрдотель и посмотрел на мистера Флетчера.

— Ну вот, опять началось, — тихо сказал управляющий.

— Да, но это невозможно, — изумилась Кара. — Я имею в виду то, что сказал сейчас мистер Харрис. Я только вчера напечатала для него на немецком такое милое письмо, полное любви и нежности, и адресовано оно было его семье в Западный Берлин. В нем мистер Харрис просил их приехать к нему в Майами-Бич. Прошел всего один день, и миссис Харрис еще не успела его получить.

— Нет, конечно же нет! — сказал мистер Флетчер и, поднявшись из-за стола, пододвинул стоявший на столике телефонный аппарат своей жене. — Пожалуйста, Флора, позвони доктору Торпу. Передай ему, чтобы он поднимался в 421-й, а я пока попытаюсь объяснить мистеру Харрису, что такие мероприятия, как встреча семьи, лучше всего организовывать в своем номере.

— Хорошо, я позвоню, — ответила мужу Флора Флетчер и, сняв с аппарата телефонную трубку, стала набирать номер доктора Торпа.

Кара наблюдала за управляющим, который, широко улыбаясь, подошел к мистеру Харрису и стоявшему рядом метрдотелю. Мистер Харрис запротестовал было, но мистер Флетчер что-то сказал ему, тот просиял, взял управляющего под руку, и они оба удалились из ресторана.

— Что произошло? — удивленно спросила Кара миссис Флетчер. — Правда, это не мое дело…

Стареющая, с остатками былой красоты женщина задумчиво повертела на пальце обручальное кольцо.

— Иногда, раз в несколько лет, это случается с мистером Харрисом. От перенапряжения. Наверное, когда он устает ждать. Видите ли, супруга и дети мистера Харриса никогда не приедут к нему. И не только в Майами-Бич. Он их уже никогда не увидит. Я слышала, что мистер Харрис был весьма преуспевающим промышленником, одним из ведущих в Германии. Имел отделения своей фирмы в нескольких странах. В то время, когда он был в командировке в Штатах, у них в фашистской Германии начался холокост, и члены его семьи стали первыми его жертвами. Их отравили в газовых камерах Дахау и сожгли.

— Несчастный человек!

— Думаю, мало кто из нас знает, как нам повезло. Не могу себе представить, что бы со мной стало, если бы эти сорок лет я не видела своего Джима.

Кара попробовала представить себя стареющей женщиной, прожившей с одним мужем целых сорок лет.

— Вы очень счастливы с ним. Не так ли?

— Еще как! — ответила жена управляющего.

Глава 14

Дважды прыгнув в воду с самого низкого трамплина и проплыв шесть раз по пятьдесят метров, Кара решила, что этого для нее пока достаточно. Выбравшись из воды, девушка улеглась под солнцем, развернула воскресный номер газеты, который забрала из номера. Время от времени она, отрывая от газеты глаза, поглядывала на окружающих ее людей, пытаясь понять, не шокирует ли их ее купальник. Оказалось, что нет. На большинстве пришедших в бассейн девушек были надеты и не такие вызывающие бикини. В самом деле, не демонстрировать же здесь, у воды, свои меха и бриллианты. Если у тебя красивое тело, почему бы не воспользоваться возможностью и не продемонстрировать его?

Обычаи и нравы людей зависят от того, где они проживают. Кара слышала, что в Афганистане, стране, в которой она никогда не бывала, женщины, работающие в поле, завидев незнакомого мужчину, сразу же накидывают на головы подолы платьев. Для них не важно, какую часть их туловища он увидит, главное — чтобы не увидели лица. Нечто похожее происходило и в Майами-Бич — женщины как можно больше оголяли тело, а лицо прикрывали огромными солнцезащитными очками.

Кара вновь углубилась в газету. Короткое сообщение об убийстве мистера Гонсалеса она нашла, не просмотрев газету и наполовину. Не было ничего удивительного в том, что в местной прессе статьи на криминальную тему не помещались на первых страницах. Девушка познакомилась с таким приемом издателей еще в Каннах. Читая газеты, издаваемые в курортных городах, она поражалась тому, как мало происходит грабежей, изнасилований и убийств. Чуть позже Кара поняла, что информация о подобного рода преступлениях не печатается намеренно и делается это для того, чтобы не пугать отдыхающих. Да и в самом деле, зачем стращать кур, несущих владельцам гостиниц золотые яйца?

Заметка в воскресной газете, которую держала в руках Кара, фактически, являлась не чем иным, как перепечаткой статьи, которую Мэллоу читал в мотеле. Только здесь фамилия Гонсалеса даже не упоминалась — корреспондент, написавший ее, называл убитого в заметке не иначе как Порфиро.