Читаем Магия текста полностью

Одна из проблем этой лексической ошибки в том, что вменяемого, четкого определения ее нет. Канцелярит — это канцелярско-бюрократический стиль, а канцеляризмы — это слова и словосочетания, характерные для него. По сути, в официальных, деловых бумагах такие слова вполне уместны, а вот попав по недосмотру автора или редактора в тексты другого стиля, они их портят, делают тяжелыми, «неудобочитаемыми».

Вторая проблема канцелярита в его заразности. Он способен, как злостный симбионт, вгрызаться в сознание людей, особенно офисных сотрудников, работающих с деловой документацией. Люди настолько привыкли к канцеляризмам, что не замечают их, они стали неотъемлемой частью любого вида письменной речи, да и устной тоже. Однако почувствовать их все же можно. Текст, насыщенный канцеляритом, становится скучным, тяжелым, через него приходится буквально продираться, как через колючий кустарник. Такое чтение быстро утомляет и усыпляет.

Вот пример текста, перенасыщенного канцеляритом: «Обсуждение описания правил отлова и перевозки улова карася в целях усиления и распространения мер по сохранению качества и недопущению хищения». Красиво? Такое же сплошь и рядом встречается. Эти конструкции очень заразные. Попробуйте написать пару-тройку таких предложений — и потом от них не отвяжетесь. Они будут складываться в голове самопроизвольно. И тогда в тексте появляются отглагольные существительные вместо глаголов и разнообразные бюрократические обороты: «данный» (вместо «этот»), «наличие», «имеет место» (кое-кто еще добавит «имеет место быть»), «следует отметить», «отсутствие», «необходимо подчеркнуть», «стоит сказать», «испытывать чувства гнева/радости» (вместо «гневаться», «радоваться») и т. д.

Предложения становятся более тяжелыми, многословными и запутанными. И текст начинает напоминать вязкое, гнилое болото.

Вот несколько примеров канцелярита в художественных текстах:

«Его слова вывели меня из рамок культурного поведения».

«Их ничто не связывает в связи с отсутствием доказательств обратного».

«Несколько раз, придя в более-менее четкое сознание, я пыталась ползти к двери, чтобы добраться до машины с намерением отправиться за помощью».

«Его веселое журчание не могло разрядить обстановку напряженности». (Это о ручье в лесу.)

Второе место по внедрению в художественный текст занимают архаизмы (из высокого стиля) и жаргонизмы (из низкого). Начнем с архаизмов. «Не лепо ли ны бяшеть, братие, старыми словесы», понеже новыми и так все молвят — это неоригинально и неинтересно. Вот и вставляют некоторые авторы к месту и не к месту полузабытые слова, которые им кажутся возвышенными и суперлитературными.

Архаизмы — это старинные слова, которые не используются в речи и в текстах, точнее, используются только в особых случаях. Их не нужно путать с историзмами, обозначающими объекты и явления, исчезнувшие из нашей жизни, поэтому эти слова редко используются, разве что в исторических произведениях. Например, «стрелец», «бомбардир», «аршин», «лапти», «ферязь», «рында» (слово, обозначающее не только корабельный колокол, но и телохранителей, почетный караул при московских царях до середины XVII века) и многие другие термины. Это все историзмы.

Архаизмы же обозначают самые обычные и ныне существующие объекты, но в силу разных причин в нашей речи их заменили другие, более современные, синонимы. Нет, здесь речь идет не об англицизмах, хотя они выполняют ту же функцию. И архаизмы, и их современные синонимы — это слова одного, нашего родного языка. А почему заменили? Ну, так вот получилось.

Примеров подобных слов много, причем принадлежат они к разным эпохам и даже не всегда понятны современному человеку, хоть и исконно русские.

Много архаизмов связано с местоимениями и наречиями. Интересно, что часть их уже совсем неизвестна нашим современникам и даже этимология их неясна. Например:


• «понеже» — «потому что»;

• «иже с ними» — «подобные им»;

• «аз» — «я»;

• «паки» — «опять»;

• «вельми» — «очень»;

• «зело» — тоже «очень».


Согласитесь, словно с иностранного языка переводишь.

Сохранение архаизмов в нашей памяти во многом связано с их использованием в литературных текстах. Значительную часть этих слов мы помним благодаря сказкам и поэмам А. Пушкина. Однако не стоит использовать такие слова в тексте исключительно ради сохранения их в языке. Архаизмы в художественной литературе выполняют вполне определенные функции:


Перейти на страницу:

Все книги серии МИФ. Культура

Скандинавские мифы: от Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов»
Скандинавские мифы: от Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов»

Захватывающее знакомство с ярким, жестоким и шумным миром скандинавских мифов и их наследием — от Толкина до «Игры престолов».В скандинавских мифах представлены печально известные боги викингов — от могущественного Асира во главе с Эинном и таинственного Ванира до Тора и мифологического космоса, в котором они обитают. Отрывки из легенд оживляют этот мир мифов — от сотворения мира до Рагнарока, предсказанного конца света от армии монстров и Локи, и всего, что находится между ними: полные проблем отношения между богами и великанами, неудачные приключения человеческих героев и героинь, их семейные распри, месть, браки и убийства, взаимодействие между богами и смертными.Фотографии и рисунки показывают ряд норвежских мест, объектов и персонажей — от захоронений кораблей викингов до драконов на камнях с руками.Профессор Кэролин Ларрингтон рассказывает о происхождении скандинавских мифов в дохристианской Скандинавии и Исландии и их выживании в археологических артефактах и ​​письменных источниках — от древнескандинавских саг и стихов до менее одобряющих описаний средневековых христианских писателей. Она прослеживает их влияние в творчестве Вагнера, Уильяма Морриса и Дж. Р. Р. Толкина, и даже в «Игре престолов» в воскресении «Фимбулветра», или «Могучей зиме».

Кэролайн Ларрингтон

Культурология
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже