Читаем Мафия СС полностью

— Нет, вы не имеете права устраниться от этого дела… Квентин много рассказывал мне о вашей жизни, полной приключений. Если только вы больны…

— Я чувствую себя лучше всех. Но для меня Дегрель представляет не больше интереса, чем крыса в сточной канаве. Ведь он никому не угрожает, по крайней мере сейчас. Правда, такой «феникс» способен возродиться из пепла[44]…

Чтобы успокоить своего собеседника, который находился в полном замешательстве, я дружелюбно добавил:

— Не будьте ребенком. Я знаю, что вы уже получили внушительный аванс и не хотели бы разочаровывать снарядивших вас людей в Бельгии… Я обещаю вам кое-какие сведения и весьма полезные связи…

Из симпатии к бывшим узникам и участникам Сопротивления я оказался вовлеченным в несколько легкомысленную затею, имея дело с весьма неопытным компаньоном. Мне пришлось доказывать ему свою компетентность. За несколько ночей я собирался восстановить жизненный путь Дегреля.

Штандартенфюрер СС Леон Дегрель в конце апреля 1945 года пересек сначала Шлезвиг-Гольштейн, а затем Данию, пробираясь в Норвегию, где закоренелые нацисты возводили свой последний бастион. Этот оплот рухнул, как карточный домик, а две последние подводные лодки отплыли с таинственными пассажирами на борту. В аэропорту стоял готовый к отлету «хейнкель». Это был персональный самолет Шпеера, министра вооружения «третьего рейха», который отнюдь не хотел держать ответ перед союзниками за то, что руководил промышленной империей, населенной рабами нацизма.

При содействии трех собратьев по несчастью (один из них был пилот из Фергельтунгсваффе СС[45], имевший выданный Кальтенбруннером пропуск, который позволял ему беспрепятственно бывать в Дании) беглый штандартенфюрер захватил двухмоторный самолет. Перед тем как зарядить боеприпасами пулеметы, они мощными ударами оглушили двух механиков из люфтваффе, один из которых скончался. Как видим, не щадили никого, даже своих.

К счастью для беглецов, баки самолета-разведчика были до краев наполнены горючим. Дегрель поставил на карту все. Он приказал пилоту взять курс на Лондон, затем развернуться над Роттердамом и наконец новый поворот на запад… Лавируя, самолет пролетел на малой высоте над Бельгией. Несколько раз наземные прожекторы освещали «хейнкеля». Однако он всякий раз исчезал за горизонтом. Этому в немалой степени способствовало то, что вояки из наземных и воздушных служб союзников пили в глубине ангаров. Война была окончена. И недельное повальное пьянство победителей оказалось невольным сообщником нацистских беглецов. У меня, увы, немало доказательств на этот счет.

Леон Дегрель и его сообщники переоделись в гражданскую одежду, готовясь к любым неожиданностям. После семи часов лета в предрассветной мгле возникла проблема с горючим. Влекомый единственным мотором самолет, дальность полета которого не превышала 2800 километров, стал давать перебои над бухтами Наварры. Нацелившись на бледно-золотистые пески пляжа в Сан-Себастьяне в Испании, пилот посадил «хейнкель» на брюхо. Пропеллер врезался в землю. Разбитая кабина пилота отлетела и скрылась в волнах. Толпа зевак помогла пассажирам спастись. Все они были серьезно ранены. Фалангистские врачи продолжительное время лечили и опекали их, «соблюдая» клятву Гиппократа.

В госпитале Мола Дегрель имел достаточно времени, чтобы кое-что вспомнить из своей бурной жизни, которую он вел в течение последних двадцати месяцев. В раненой руке он сжимал то, что осталось после аварии: рыцарский крест с дубовыми листьями, врученный ему лично фюрером. Принимая Дегреля в «волчьем логове», Гитлер сказал тогда: «Если бы я имел сына, то хотел бы, чтобы он был похож на вас».

В феврале 1944 года, после того как он едва не был захвачен в плен в Черкассах, Дегрель получил специальный отпуск, который провел во Франции… Сам Гиммлер поручил ему объединить на Западе сторонников нацистского порядка негерманского происхождения. Дегрель получил право говорить на равных с Лавалем, белый галстук которого так контрастировал с его темными политическими замыслами. Главарь рексистов уже имел в кармане приказ фюрера, только что переданный ему маршалом Моделем, согласно которому бельгийская территория, отвоеванная в ходе наступления Рундштедтом, перейдет под его управление.

Мечты Дегреля на его больничной койке оберегал целый отряд агентов, присланных из окружения Франко. Посольство США в Мадриде требовало, чтобы беглец оставался под «строгим медицинским надзором», опасаясь, что он отправится в Южную Америку. Франкистская же полиция безопасности со своей стороны побаивалась, как бы его не убили партизаны из числа испанских республиканцев. Франкистские пособники рексистов, обосновавшихся в Сан-Себастьяне, разработали тщательный план срочной эвакуации Дегреля.