Читаем Мадам Шарли полностью

Какой-то тихий голос внутри нее настойчиво шептал: «Ну и что?» – но Шарли предпочла его проигнорировать. В этот момент она была слишком счастлива, чтобы позволить сомнениям замутишь это в высшей степени приятное ощущение.

Она вошла в комнату, полную солнечного света и цветов. По крайней мере, таково было первое впечатление. В ее спальне тоже стояла кровать с четырьмя столбиками, но более легкая и не столь изысканная, как у Джордана. Занавески полога были расшиты крупными дамасскими розами, такой же рисунок был и на покрывале. Ковер был выполнен в той же розово-зеленой гамме, и Джордан приоткрыл дверь в дальнем конце комнаты, демонстрируя гостиную, украшенную в том же стиле.

Эти комнаты не наводили на неприятные воспоминания. Их словно вымели вместе с разрушенным гипсом, а взамен привнесли сюда свет и яркие краски. В комнате не было темных, пугающих углов и закоулков, мысли о которых так долго преследовали Шарли. Все комнаты, а эта особенно, были совершенно новыми.

Она была такой элегантной, светлой, приносящей радость. Глаза Шарли наполнились слезами.

Джордан в мгновение ока оказался прямо перед ней.

– В чем дело, любимая? Тебе не нравится?

– Д… Д… Джордан… – Голос Шарли прервался. Это было так ей несвойственно, что на сотую долю секунды у нее промелькнула в голове мысль: а не сошла ли она с ума. Ей хотелось только одного: броситься к нему в объятия и остаться там навсегда.

– Она очень красивая. Очень… – прошептала она, подняв глаза на Джордана. Она видела, как складки на его лице разгладились, тревога во взгляде растаяла, он потеплел, и в нем появилось что-то еще.

Это «что-то» эхом отдалось у нее между ног.

– Джордан, – выдохнула она, протянув к нему руку неопределенным жестом, сама не зная, чего она просит, но уверенная в том, что ему известен ответ.

Так оно и было.

Его губы прижались к ее губам прежде, чем Шарли успела закончить свою мысль. За считанные секунды в голове у нее не осталось ни одной мысли, а тело пришло в состояние лихорадочного возбуждения.

Джордан принялся распутывать, развязывать ленты и расстегивать крючки, и Шарли услышала его вздох, когда ее груди освободились из корсета, и он обхватил их.

– Джордан… дверь…

Сдавленно чертыхнувшись, он оторвался от ее груди, пролетел по комнате к двери, захлопнул ее и запер. А на обратном пути успел скинуть с себя сюртук и рубашку. Шарли почувствовала, как он прижался к ней обнаженным торсом, ощутила его сердцебиение еще до того, как успела осознать, что он вернулся.

Его руки скользнули вниз по ее телу, освобождая ее от одежды и нижнего белья, а руки Шарли в это время боролись с застежкой его бриджей, стремясь добраться до его возбужденной плоти.

– Джордан… я хочу…

– Чего ты хочешь, любимая? Проси. Все что угодно… – пробормотал Джордан, не отрывая губ от ее груди.

– Я хочу узнать тебя.

В ответ на это заявление Джордан издал короткий смешок.

– Милая, я даже и не знаю, как нам с этим быть. Мы уже были представлены друг другу, мы видели друг друга обнаженными, и я был внутри тебя. Рискну предположить, что ты знаешь меня достаточно хорошо…

– Я не это имела в виду. – Шарли отстранилась от него и пробежала глазами по его телу. Она осторожным дразнящим движением потрогала его сосок, восхитившись тем, как он затвердел под ее пальцами.

– Я хочу провести свое собственное исследование. Совершить экскурсию. По Джордану Линдхерсту.

Выражение лица Джордана дорогого стоило. Шарли закусила губу, чтобы не засмеяться, пока он взирал на нее, словно она была Санта-Клаусом, герцогом Веллингтоном и сказочной феей в одном лице.

Шарли воспользовалась его замешательством, развернула его и толкнула на кровать.

– Давай-ка сначала снимем с тебя вот это, – сказала она и повернулась, зажав его ботинок между коленками.

Джордан прочистил горло. Очень громко.

Подумав о том, какая картина открылась перед ним, когда она наклонилась и ухватилась за его ботинок, Шарли поразилась собственной смелости. Но у нее было такое ощущение, будто все свои комплексы и запреты она оставила в Лондоне. Здесь она свободно могла следовать своим внутренним импульсам и желаниям. И, видит Бог, она вдруг почувствовала, что желаний у нее предостаточно.

Она освободила сначала одну ногу Джордана, потом принялась за вторую. Шарли ощутила прикосновение его голой ступни к ягодицам, когда он принялся ей помогать.

– Какая красота, Шарли. Твоя попка – настоящее произведение искусства.

Она усмехнулась, стянула с него второй ботинок и со стуком уронила его на пол.

– Джордан, попы не бывают красивыми.

– Но твоя очень красивая. Уж поверь мне на слово.

Она передвинулась к Джордану между ног и помогла ему освободиться от бриджей, с удовольствием отметив, как распрямилась его затвердевшая плоть и потянулась к ней, будто магнитная стрелка компаса на север.

Наконец, Шарли удалось раздеть Джордана. Она толкнула его назад, чтобы он откинулся на спину, а сама опустилась перед ним на колени.

Она облизала губы.

Вот теперь она наконец может поиграть.