Вслед за зелёными человечками на дороге появилась черноволосая девушка в белой сорочке с вышивкой и в белой юбке с повязанной на поясе красной клетчатой плахтой. Голову её украшал цветочный венок с разноцветными лентами, в руке она держала помело.

Этим помелом, веником на длинной палке, она погнала зелёных человечков прочь. Те пугливо отбежали в сторону и, словно дразня её, продолжили скакать на месте, стараясь подпрыгнуть, как можно выше.

Девушка несколько раз взмахнула помелом, как если бы она что-то подметала на дороге, а затем вдруг закружилась на месте. Удивлённые человечки прекратили прыгать. Девушка засмеялась и, оседлав помело, ведьмой поскакала за ними по дороге. Вскоре все втроём они исчезли за поворотом.

— Чего тут только не увидишь, — усмехнулся Димон-А.

На обочине в траве О'Димон заметил россыпь крупных одиночных цветков с широко раскрытыми лепестками лилового цвета, похожих на гигантские колокольчики, с мохнатыми стебельками, покрытыми густым серебряным пухом.

— Это не сон-трава? — показал он рукой.

— Она самая, — кивнул головой Димон-А. — Ведьмино зелье.

О «Димон сорвал один из цветков. С удовлетворением отметив, что состоит он из шести лепестков, а также из многочисленных жёлтых, осеменённых пыльцой, мужских тычинок, собранных в кружок вокруг пушистых женских пестиков, он глубоко втянул в ноздри воздух и понюхал их.

Внезапная вспышка света, сдвиг, — и… он заметил вдруг, что приятель его светится. Какое-то необычное мертвенно-бледное сияние исходило от Димона-А. Вернее, светился не сам приятель, а странная полупрозрачная сущность светло-серого цвета — ужасная тварь, сидевшая у него внутри.

Приглядевшись, О'Димон заметил в его грудной клетке очертания жуткого головорукого существа, чем-то похожего на спрута. Большую часть дымчатой головы занимали широко раскрытые, вертикально расположенные, чернильно-чёрные глаза с полукруглыми бровями и подобный же огромный, широко раскрытый, будто кричащий от ужаса, непроглядный рот.

— Эй, а что это… с тобой? — оторопел О'Димон.

Поняв, что она обнаружена, бледная нежить испуганно поджала щупальца, закрыла рот и глаза и свилась в клубок, стремясь остаться незамеченной. Но всё равно, её серый абрис отчётливо просматривался на фоне физического тела приятеля.

— Что со мной? Ничё, — пожал плечами Димон-А и тут же поинтересовался, — а чё?

— Тогда, на, понюхай, — протянул ему О'Димон лиловый шестилепестковый цветок.

Димон-А поднёс сон-траву к самому носу и, коснувшись ноздрями жёлтых тычинок, глубоко втянул в себя аромат их пыльцы. Поглядев затем на товарища, он заметил нечто странное внутри его груди — того самого беса, о котором предупреждала их женщина в красном сарафане.

— А с тобой что? — округлились глаза у него.

Головоногий, призрачный спрут, разросшийся до размеров своего хозяина, выглядел, на удивление, добродушно, возможно потому, что рот его выглядел, как вогнутый смайлик. Более того, бледный бес неожиданно подмигнул ему левым глазом и показал язык.

— Что… и у меня тоже? — удивился О'Димон, догадавшись, что тот увидел в нём то же самое, что и он.

— Ну и рожа у твоего беса! — неожиданно захохотал Димон-А. — Ну и смешная! Видел бы ты, какая в тебе нежить сидит.

— Сам бы лучше… на себя посмотрел! — заржал О'Димон. — Зато у твоего беса… морда страшная… как у маски в фильме «Крик»!

— Чё, правда? — внезапно притих, как на измене, Димон-А, прикрывая грудь скрещёнными руками.

— Ага, — подтвердил О'Димон, также прервав свой ненормальный смех.

4. Святилище Лады

Напуганные неожиданным светопреставлением с громом и молнией, внезапно начавшимся и так же неожиданно закончившимся, экскурсанты поднялись из крепостного рва вверх по склону и оказались на лысой верхушке горы, с которой открылся чудесный вид на город.

— Лысая Гора, именуемая ведьмами Девичьей или Девичником — это место непростое, это место силы, и не просто силы, а силы сил. Подобного места в мире, возможно, больше и нет. Потому что все мысли и желания, тайные или явные, проявленные здесь, осуществляются! — торжественно провозгласил на открытой площадке босоногий гид.

— Именно это и является той главной причиной, почему Лысая Гора так привлекает к себе девушек, несмотря на все опасности, подстерегающие их в этой местности. Ту поляну, на которой загадываются желания, я покажу вам позднее, — добавил гид, стоя на краю обрыва, за которым высились напротив две высоченные трубы ТЭЦ, выкрашенные в красный и белый цвет.

— Чаще всего мечты сбываются здесь в Майскую ночь, когда тёмные силы уходят под землю, а светлые силы впервые после зимней спячки выбираются на поверхность.

Приходить сюда накануне, то есть 30 апреля, надо только с чистыми мыслями. Помните, попадая на Девичью Гору — вы попадаете в храм природы. А в храме следует вести себя соответственно.