Читаем Лунный парк полностью

Надин потягивала вино, уставившись на что-то невидимое в темноте. Лианы шелестели вплотную. Я старался не смотреть на нее, а потом решил попробовать встать. Надин так долго молчала, что я думал, она уже и не заметит, но как только я пошевелился, рука ее молниеносно схватила мое запястье и потянула обратно к себе. Она уставилась на меня вплотную – ее глаза сочились страхом, – и мне пришлось отвернуться. Сон, который я так аккуратно выстраивал, стаивал в ноль. Нужно было бежать от Надин, пока он не исчез окончательно, пожранный чьим-то безумием. Надин стала видеть тот же сон, однако настойчивость, с которой она сообщала мне об этом, делала его слишком похожим на реальность. Когда я сел на место, она торопливо зашептала:

– Мне кажется, они уходят от нас.

Я ничего не сказал, лишь сглотнул и похолодел.

– Эштон собирает сведения про этих мальчиков. – Надин все еще держала мое запястье, смотрела мне в глаза и беспрестанно кивала. – Да-да. У него в компьютере есть файл, он не знал, что я его нашла. Он собирает сведения про мальчиков, – она втянула воздух и быстро сглотнула, – и обменивается ими с друзьями…

– Но меня-то это не касается, Надин.

– Касается, Брет. Еще как касается.

– И как же это меня касается, Надин?

Я уже возненавидел ее за эту исповедь, я хотел уйти, но не мог. Она оглядела двор и сказала тихо, как будто нас могли подслушивать и она серьезно рисковала, делясь со мной этими сведениями:

– Потому что Робби – один из тех, с кем он обменивается этими сведениями.

Я задержал дыхание. Все начало валиться в тартарары.

– О чем ты говоришь, Надин? – Я попытался высвободить руку.

– Не понимаешь, Брет? – Она почти что задыхалась. – Эштон скачал из Сети сотни страниц, посвященных этим мальчикам.

Чувствуя, как она дрожит, я выдернул руку и отвернулся.

– Он пишет им по мейлу, – сказала Надин так громко, что пустой двор отозвался эхом.

– Кому он пишет? – Я не мог остановиться, должен был спросить.

– Он пишет тем мальчикам.

Я уже не отстранялся, но, пораженный страхом, медленно обернулся к Надин:

– Он знал… кого-то из пропавших мальчиков?

Надин уставилась на меня. Мне показалось, что, если она ответит «да», все сразу обрушится.

– Нет, ни с кем из них он лично знаком не был.

Я вздохнул.

– Надин… – устало начал я.

– Но он писал им после того, как они исчезли, – прошептала Надин. – Вот чего я не могу понять. Он рассылал им мейлы после того, как они исчезли.

– Откуда ты знаешь? – спросил я после долгой паузы.

– Обнаружила однажды. – Она выпрямилась, на вино даже не смотрела, собиралась с чувствами; она вдруг поняла, что в этом разговоре у нее есть собеседник. – Письмо было написано каким-то шифром, он переслал его Робби. – Все это она поясняла жестами. – Он отправил одно письмо Клиэри Миллеру, другое – Эдди Берджессу, а когда я сверила даты, поняла, что письма отправлены после того, как они исчезли. После, ты понимаешь, Брет? – Она снова задыхалась. – Я нашла их у него в почте, в папке отправленных писем, но понятия не имела, что это значит, зачем он это сделал, а когда я спросила его в глаза, он только наорал на меня за вторжение в его личное пространство… а теперь, когда я недавно посмотрела еще раз, тех мейлов уже не было…

И когда ясность ума, казалось, уже вот-вот вернется к Надин, она сорвалась. Заплакала. Я смутно понимал, что она сжимает мою руку. Я вспомнил вчерашний вечер, зареванное лицо Эштона и как Надин постоянно отлучалась проверить, как он там. Кто еще стал мишенью для ее паранойи?

Сколько людей соблазнилось безумной теорией Надин? Она все хотела подвести меня к мысли, высказать которую сама не имела возможности.

Я постарался успокоить ее, подыграть ей.

– Значит, Эштон писал мальчикам в Небывалию?

– Да, это так. – Она подавила всхлип. – Исчезнувшим мальчикам.

Глаза ее источали мольбу, и напряженная тугость лица ослабилась, потому что ей поверили.

– Надин, а Митчеллу ты говорила? – Я хотел сказать это тоном мягким и успокаивающим, но сам был настолько на взводе, что голос прозвучал тонко, дребезжаще. – Вы в полицию позвонили, рассказали им эту версию?

– Это не версия. – Она завертела головой, как маленькая девочка. – Это не версия, Брет. Мальчиков никто не похищал. Никто не выдвигал никаких требований. Ни одного тела так и не нашли. – Она пошарила в сумочке и вытащила салфетку. – У них есть план. У мальчиков есть план. Я так думаю. Но зачем? Зачем им этот план? Понимаешь, другого объяснения быть не может. У полиции ничего нет. Ты знаешь, Брет? У них ничего нет. Они…

– Где же мальчики, Надин? – перекричал я ее.

– Никто не знает, – вдохнула она и поежилась. – В том-то и дело, что никто не знает.

– Ну, может, если мы с ними поговорим, с Эштоном и…

– Они наврут. Они обманут тебя…

– А если…

– Тебе не показалось странным их поведение? – спросила Надин, оборвав меня. Она хотела, чтобы я подтвердил ее подозрения относительно вещей, на которые я, признаться, особого внимания не обращал.

– В… каком смысле?