Читаем Лунный бог полностью

В VIII веке н. э. при Карле Великом Ирминсул был разрушен во имя креста, и теперь никто не может сказать, где именно стоял священный символ саксонцев. В Тевтобургском лесу^[157] воспоминания об Ирминсуле, очевидно, продолжают жить. У подножия одной из скал Экстерштейна выбит рельеф, изображающий снятие Иисуса с креста. Люди, снимающие тело спасителя с креста, попирают ногами поверженную колонну вселенной — Ирминсул. Некоторые полагают, что рельеф символизирует победу христианства над древними языческими верованиями германцев. Но, по-видимому, рельеф на скале Экстерштейна имеет иной смысл. Чтобы понять его, достаточно взглянуть на небо. Там тоже колонна-дерево падает рядом с умирающей луной. Падение небесного древа фигурирует на многочисленных древнейших изображениях.

Священные колонны, подобные Ирминсулу, пусть меньших размеров, по всей вероятности, были довольно широко распространены у германцев. На них часто вырезали человеческие лица, показывая, что в колонне заключен дух предка или доброжелательного существа или божества. В северных областях и теперь нередко в центре крестьянского дома можно видеть такой резной столб со скамейкой. Он как бы охраняет дом, оберегает его от бед.

В преданиях азиатских народов также фигурирует «небесный столб» либо из железа, либо из драгоценных камней, но с одним существенным изменением: это не блещущее серебром небесное древо, которое простирается через все небо и поворачивается вокруг Полярной звезды, а нечто незримое, «небесный гвоздь», «стержень мира», вокруг которого вращаются все звезды. Но и эти представления теснейшим образом связаны с небесным древом, вера в которое намного старше. Таким образом, с появлением новых понятий о сущности небесных явлений происходит вполне естественный процесс: на место вполне конкретных (более примитивных) представлений (дерево, колонна, столб, камень, скала) приходят абстрактные, отвлеченные понятия (стержень мира, невидимый божий гвоздь и т. д.). Но эти более поздние представления лишены той жизненной силы, которая приписывалась раньше и приписывается сейчас небесному древу.

Священный столб прослеживается во всех странах мира, начиная от якутов («коновязь») и кончая островами Тихого океана и Южных морей. У его подножия приносились жертвы, к нему обращались с молитвами; он олицетворял либо путь к «высшему существу», либо само божество.

В провинции Ассам (Восточная Индия) в центре храма жрицы — царицы Кхаза воздвигнут столб, который проходит от земли до конька крыши. Это — «колонна бога»; она служит также алтарем, на котором совершаются многочисленные возлияния. Воздвижение новой колонны сопровождается торжественными празднествами. В колонне Кхазы слились воедино представления о высшем божестве и представления о дереве вселенной и «опоре небесного свода».

Копья из драгоценных камней, дубинки, мётлы

На Сирийском побережье у Рас-Шамры при раскопках разрушенного во II тысячелетии до н. э. древнего финикийского города, находившегося неподалеку от библейского Ханаана, французские археологи обнаружили изображение божества. Эта находка взволновала не только знатоков древних культур, но и богословов. Имя этого божества часто встречается в Библии и неизменно сопровождается страшными проклятиями, но на основе одного только Ветхого завета нельзя было судить о том, что же это за божество «нечестивых». В Рас-Шамре было найдено изображение этого божества, Баала (Ваала), что в переводе означает «господин» или «владыка». Культ Баала существовал еще до Моисея. В левой руке Баал из Рас-Шамры держал священный ствол, стилизованный в виде копья.

Это все то же копье вестника богов Гермеса, о котором говорится в гомеровской Одиссее. Еще в наше время в Индонезии древом вселенной называют копье, которым пользуются шаманы. Это перевоплотившаяся в копье стилизованная мачта индонезийских «лодок души», в которых легко угадать лежащий лунный серп. Здесь снова проявляется связь лунного серпа с небесным древом, подобно тому как в других случаях ясно выступает связь между столбом и рогами (луны). В древнейшем собрании японских мифов также фигурирует копье, но здесь это копье из драгоценных камней. Не удивительно, ведь оно сверкает и искрится в небесах.

Богатство мифов, связанных с небесным древом, неисчерпаемо в своем разнообразии. В зависимости от обстоятельств оно превращается в легендах и в палицу сына Зевса — Геракла, и в жезл бога подземного царства Гадеса (Аида). Это также и метла, вызывающая непрерывные потоки воды, если человек, пользующийся ею, не знает формулы заклинания. Лукиан рассказывает об ученике чародея, который, не постигнув всех тайн колдовского ремесла, в отсутствие учителя не сумел справиться с волшебной метлой и затопил водой весь дом. Ему не помогло и то, что в отчаянии он разрубил метлу на две части.