Читаем Луна Дракона полностью

Скрипнув стулом, он поворачивается к ней. Эри не нужно видеть лица старика, чтобы разгадать его выражение. Она убирает руку с груди.

– Знаю.

Миновал я много

Пустынь и морей, искал

Эту чашу святую…

День и ночь с коня не слезал

Кровь ланиты мои орошала…

Повесть о старике Такэтори

I

Ему двадцать два или сто двадцать два, это не важно. Она никогда не узнает истинный возраст демона.

Он садится напротив неё, окидывает небрежным взглядом соседние столики, затем осматривает её. Недолго.

– Я был занят.

Эри сдерживает усмешку, что удаётся ей с трудом. Он врёт ей в глаза и упивается этим. А у неё нет иного выбора, кроме как поверить в его ложь.

Она прочищает горло и кивает на чашку перед ним. Такая же у неё в руках, только полупустая.

– Он успел остыть, – говорит она, пожимая плечами.

– Ерунда.

Получить нож в спину и то не так больно, чем сидеть с ним за одним столом.

Вокруг них неспешно льётся чужая речь, разбавленная ворчливой музыкой. Аромат кофе перебивает сладкий запах недавнего дождя. Этой весной ливень часто посещает Дотагу.

Он тянется к сахарнице, пока Эри лихорадочно вспоминает, о чём вообще хотела поговорить с ним. Для чего устроила эту очередную, бесполезную встречу на углу Каэ, самой шумной улицы в городе. В кафе, где им всегда находилось место лишь снаружи в виду постоянного притока посетителей, за крохотным столиком, который не позволяет держать дистанцию.

Он так близко, что Эри различает лёгкое движение плеч от его размеренного дыхания.

Имя ему Виен, но и оно – подделка. Четыре выдуманные подлые буквы, вбитые над его номером в телефоне в спешке, с одной ошибкой. Так и оставленные. Он ведь никогда не отвечает на её звонки. В том-то и особенность всех этих парней, вращающих миром и его деньгами после Пересечения – демоны не любят мобильники.

Настоящее имя она знает и использует, чтобы призвать его. Что бы он ни делал, где бы ни находился, он всегда отвечает на зов. И, конечно же, лжёт от том, она оторвала его от важных дел.

Большие миндалевидные глаза Виена воруют у неё мысли, пока он размешивает сахар в стеклянной чашке. Он кладёт ложку на салфетку, сопровождает действие коротким взглядом, затем возвращается к Эри. Совсем не моргает.

– Зачем ты вызвала меня? – спрашивает он, склонив голову набок и щурясь.

– Мне нужна твоя помощь. По работе.

– По работе, – эхом отзывается Виен. – С каких это пор мы встречаемся по этому поводу?

– С сегодняшнего дня.

– Вот как…

На нём тёмно-синий пиджак и чёрная рубашка. У него гладкие каштановые волосы, отливающие карамелью на солнце. Тонкие пальцы. Острый подбородок. Резкий парфюм с горькой нотой герани. Виен благороден, будто избитое клише из красивого романа.

Он выглядит хорошо. Даже очень. А вот в ней полно изъянов.

Она не прислуга демонам и не их пища, но всё ещё человек. Поднявшийся по шаткой лестнице, ведущей к порядкам и законам современных богов. Получивший кусочек их привилегий. Однако по-прежнему человек. Пешка. Один сплошной изъян.

Расплавленный янтарь глаз Виена жжёт её. Он делает глоток.

– А что мы можем обсудить помимо работы? – парирует Эри запоздало и закидывает ногу на ногу.

– Погоду? – поднимает брови Виен, отпивая ещё немного кофе. – Утром был такой жуткий ливень.

Эри вздыхает.

– Рю нужна новая душа, – сообщает она наконец.

– Как и вчера.

– Он хочет определённую душу.

– Какую?

Его лицо, красивое, породистое, оно не настоящее. За роскошным фасадом прячется истинная отвратительная наружность, Эри помнит об этом. Но не может оторвать взгляд от Виена.

Глупое, глупое, бесконечное время, вскрывающее нанесённые им же раны, когда они заживают.

– Кэори, – отвечает Эри и переключает внимание на официанта за окнами кафе, прислуживающего престарелой даме в розовом платье.

Ей думается, что нехватка мест внутри заведения – удача. Сидели бы они сейчас неподалёку от этой женщины, слушали бы её перепалку с официантом, чувствовали бы запах дешёвого вина, которого она перебрала.

Снаружи тише. Воздух вкуснее. И Виен как на ладони.

Эри прекрасно знает, чем заканчиваются их встречи при отсутствии яркого дневного света.

– Кэори Белоликая? – переспрашивает демон с плохо скрываемым интересом.

– Да.

– И зачем Рю понадобилась душонка какой-то певички? Замечу, не самой талантливой.

– Откуда мне знать? Джеро попросил меня выяснить, вдруг кто из вас знаком с ней лично и поможет попасть к ней. Кстати, ты третий, у кого я спрашиваю о Кэори.

Быстрый взгляд на её губы, прищур.

– Я не знаком с ней, – ровно отвечает Виен.

– Ты был на её выступлении на прошлой неделе.

Виен улыбается, ставит чашку на стол. Откидывается на стуле и усмехается.

Его искусанные губы всегда лгут. Виен может говорить о нежности, а в то же время мысленно сжимать её горло в руке, заставляя её корчиться и задыхаться. И она верит, что он абсолютно искренен.

В этом главный талант всех чудовищ.

– Я могу назвать тебе парочку способов избавиться от того, что ты сейчас делаешь, – произносит Виен, и усмешка исчезает с его лица.