Читаем Лукавые книготорговцы Бата полностью

Не станет, потому что на столбе, который обычно поддерживает движущуюся фигуру в часах, висел труп человека. Точнее, молодого парня. Либо умер совсем недавно, либо хорошо сохранился. У него был оранжевый ирокез, из того, что осталось от носа, торчала большая английская булавка, из одежды на нем были джинсы и футболка с картинкой… хотя нет, это же не картинка… Приглядевшись, Мерлин понял, что спереди на футболке засохло громадное кровавое пятно.

Небо за башней было затянуто странной мерцающей дымкой, которая заслоняла его синеву и размывала все, что находилось за ней. Наверное, большое здание. Мерлин решил, что это эффект разорванной карты. Там, где он оказался, реальным было лишь то, что показывала карта в Малом книжном. Кто-нибудь из праворуких книготорговцев наверняка мог бы ему объяснить, но сейчас это не имело значения.

Мерлин свернул к Египетским воротам, и тут на него напал каменный кот.

Но леворукий книготорговец был готов к тому, что приставленный к нему наблюдатель может в любой момент обернуться стражем, и нападение не застало его врасплох. Едва кот соскочил со стены, Мерлин развернулся и встретил его ударом дубинки из железного дерева. Твердейшая древесина и камень столкнулись, издав треск, похожий на короткий раскат грома.

Ни одна обычная человеческая рука не выдержала бы такого удара, но левая рука Мерлина в лайковой перчатке даже не дрогнула. Второй удар он нанес, когда кот, оттолкнувшись от земли, прыгнул, метя ему в ноги. Каменные когти порвали платье, а один даже зацепил кожу под ним.

Но кот треснул еще от первого удара: тонкая извилистая линия пробежала от его плеча к голове, точно нарисованная. В нее-то и метил Мерлин, то обрушивая на кота град ударов, то отскакивая назад, когда кот бросался на него, бил лапой и пытался укусить. Все атаки каменного стража были совершенно беззвучными: волшебная сила, которая придавала ему подвижность, не распространялась на легкие и горло. Мерлин даже успел увидеть камень, закрывавший ему вход в горло, когда кот набросился на него в очередной раз.

Мерлин чувствовал, как по его ноге каплями стекает кровь, а может, и не каплями, что совсем плохо. Кот снова прыгнул, и Мерлин воткнул дубинку коту в пасть, вместо того чтобы бить по треснувшей шее.

Со стороны Мерлина это не было осознанной переменой тактики, он просто хотел удержать зверюгу на расстоянии, но прием сработал. Нижняя челюсть каменного кота упала на землю, и зверь замер, удивленно глядя на нее. Воспользовавшись его временной неподвижностью, Мерлин нанес ему удар между глазами. Раздался двойной треск, дубинка и каменная голова раскололись, причем дубинка на две части, а голова – на три.

Кот тут же застыл и упал. На траве лежала просто разбитая статуя кошки.

Мерлин огляделся в поисках других непосредственных угроз. Не увидев их, он сел на траву и задрал платье. Правая нога была в крови от колена до ступни, сбоку от коленной чашечки виднелась глубокая рана. Он вздохнул, сунул руку в рукав, достал оттуда серебряный флакончик с целебным средством, приготовленным из слюны дегустаторов – кровососущих существ Древнего мира, но не вампиров. Поморщившись, он плеснул вонючее, противное на вкус снадобье в рот, поболтал его там и, слегка скривившись, сплюнул на раненое колено. Жидкость вышла изо рта Мерлина ледяным пламенем, его сине-зеленые языки облизали рану, и кровь под ними свернулась.

Завершая процесс оказания себе первой помощи, Мерлин достал из ножен в правом ботинке невероятно острый боевой нож фирмы «Фэрберн-Сайкс», отхватил им кусок льняной подкладки от платья и перевязал рану. Закончив, он встал и наступил на ногу. Повязка слегка сковывала движения, но Мерлин решил, что все будет в порядке. Главное, избегать акробатических трюков, ударов в прыжке с обеих ног и тому подобного, и рана не откроется.

Мерлин опять огляделся, проверяя, нет ли где опасности. Ничего не двигалось. Горячий воздух был неподвижным. За спиной Мерлина застыл мрачный лабиринт. Его каменные розы в массе своей были на удивление уродливыми. Он заметил, что Египетские ворота закрыты, и предположил, что садовые стены должны, наверное, иметь какую-то скрытую защиту.

В паре футов от Мерлина валялись обломки каменного кота и дубинки. Он поднял ее и с грустью оглядел расщепленный конец. Недолго подумав, Мерлин положил в шляпу, которая раньше была у него на голове, самый большой кусок каменного кота. Обмотав шляпу лентами, он скрутил их так, чтобы получился шнур, который пропустил через расщепленный конец дубинки и завязал узлом. Оружие вышло не самое совершенное, но Мерлин решил рискнуть. Он снова сунул руку под платье, нашарил в другом кармане катушку розовой клейкой ленты и скрепил ею расщепленный конец дубинки, соорудив нечто вроде короткого цепа или булавы с цепью.

Взмахнув ею раз-другой, Мерлин в два слоя обмотал клейкой лентой дубинку по всей длине, фиксируя раскол, еще помахал булавой и решил, что на пару дюжин крепких ударов ее хватит. Иной защиты от живых статуй у него нет и не предвидится.