— Вначале колледж и мне показался совсем маленьким, и даже захотелось сразу уехать. Сейчас предлагают работу в Швейпьидо. Не думаю, что мне там будет лучше. Посмотрели бы вы на это озеро ранним утром. Да и вечером здесь очень красиво.

До Кхин Эй Сита подала к столу самый лучший рис, который можно было достать в Нанда, рыбный суп, закуску, соевый соус и другие приправы. Маун Маун Дейва ел с большим аппетитом. Потом они пили чай с сушеными угрями и сладостями. За чаем разговаривали, любовались озером, около десяти Маун Маун Дейва ушел.

До Кхин Эй Сита смотрела ему вслед, думала о своей жизни, любовалась озером, прозрачным и неподвижным.

До Кхин Эй Сита, окруженная студентами, вышла из аудитории. Она не только преподавала, но еще и руководила аспирантами. Ее пригласили в кабинет к ректору.

— Из министерства образования пришло указание — кто хочет, может остаться в Нанда. А вам обязательно надо ехать в Швейпьидо? Хорошо, было бы, если бы вы остались.

— Совсем не обязательно. Но я должна подумать. К концу месяца дам ответ.

В кабинете ее дожидался Маун Маун Дейва.

— Извините, меня задержали.

— Ничего.

До Кхин Эй Сита достала из сейфа манускрипты, перевязанные шелковой лентой.

— Вот рукопись с дневниками Калья Сата Рупы — супруги правителя. Берегите ее — это единственный экземпляр, второго не достанешь.

— Буду беречь как зеницу ока.

— А знаете, ее жизнь очень похожа на мою.

— В самом деле?

— Правитель был вечно занят государственными делами, и ей приходилось жить в одиночестве. Ее жизнь можно уподобить лотосу, выросшему вдалеке от воды. Она много страдала и умерла, так и не познав счастья.

— Но вы-то живете у самого озера.

Она рассмеялась.

— Да, это правда, у меня несколько по-другому — я ищу цветы в саду, где опали листья.

— Вы говорите о песне?

— Да.

— Вы любите музыку?

— Я люблю песни.

Маун Маун Дейва пригласил До Кхин Эй Ситу на концерт гастролеров из столицы.

— Вы сказали, что любите песни, вот я и купил билеты.

Желающих попасть на концерт было много, тем более что кроме артистов должны были еще выступать и известные писатели.

В зале, в основном, собрались преподаватели, младшие преподаватели, лаборанты, студенты. До Кхин Эй Сита чувствовала себя неловко из-за устремленных на нее взглядов и успокоилась, лишь когда в зале погас свет. Певцы исполняли современные песни. До Кхин Эй Сита сегодня воспринимала их по-особому, сегодня все было как-то необычно — и то, что рядом сидел Маун Маун Дейва, и запах его трубочного табака. Иногда ее рука, лежавшая на подлокотнике кресла, невзначай касалась руки Маун Маун Дейва, и тогда женщина испытывала волнение.

После концерта они зашли в молочную. Там было много студентов. Они улыбались До Кхин Эй Сите, она отвечала им тоже улыбкой, а сама с горечью думала: «Какие же они молодые».

Маун Маун Дейва проводил До Кхин Эй Ситу до дома. Озаренное лунным светом озеро сверкало и переливалось.

— Я давно хотел вам кое-что сказать, но никак не мог выбрать подходящий момент. И вот сегодня…

Свет луны действовал умиротворяюще, До Кхин Эй Сита радостно улыбалась.

— Я счастлив здесь — и это ваша заслуга. Мне так не хотелось ехать сюда. Научная работа заставила. Я боялся, что мне здесь будет скучно, неинтересно. Но все оказалось не так. Я очень доволен.

Слова Маун Маун Дейва взволновали До Кхин Эй Ситу.

— Я хотел вам об этом сказать, когда впервые попал в ваш дом, но тогда как-то не получилось. У меня есть невеста в Швейбэхоу. Думаю, вы с ней подружитесь. Мы поженимся после того, как я получу ученую степень.

У До Кхин Ситы пересохло во рту, по спине поползли предательские капельки пота. Ее бросало в жар. В душе стало пусто.

— Ах, вот оно что!

— Вам понравился концерт?

— Да, большое спасибо. — Они подошли к дому.

— До свидания, — Маун Маун Дейва пошел по той самой улице, по которой он возвращался в тот день, когда ужинал у До Кхин Эй Ситы.

До Кхин Эй Сита закрыла окно и стала смотреть на озеро. Вода в лунном свете отливала серебром, ей вспомнились грустные дни… Она отошла от окна, села в кресло. Рука машинально потянулась к магнитофону. Полилась мелодия «Ищу цветы в саду, где опали листья».

«Кейнари[22] не могли жить по разным сторонам ручья. Но вознаграждением за их мучения были дивные слова о любви. Но ведь слова лгут, если мираж принять за действительность».

До Кхин Эй Сита выключила магнитофон, подошла к окну, взглянула на озеро. Оно больше не отливало серебром, его красота словно исчезла. Для До Кхин Эй Ситы.

«Пожалуй, в следующем году поеду в Швейпьидо. Надо заняться языком пали и написать работу о Хлайн Тхей Кхаун Тин[23]. К тому же в Швейпьидо озеро и река красивее, чем здесь…»

Перевод Г. Мининой.

<p>ПХЬЯПОУН ХЛАМОУ НВЕ</p>

Пхьяпоун Хла Моу Нве родился в 1945 г. в деревне близ г. Пхьяпоун. Писать начал рано. В 70-е годы вышли сборники рассказов «Обновленная красота», «Каждой жизни — своя красота» и другие.