Трэвис с удивлением и радостью отметил эту перемену в ее настроении. Возвращавшаяся домой под руку с ним Алисия смело смотрела на него, громко смеялась над его остротами и вежливо, но решительно отваживала любопытных. Он видел теперь уверенную в себе женщину, какой она, по-видимому, была когда-то, ту, которая общалась с сенаторами и послами, вращалась в высшем обществе. Ее больше не пугали пренебрежение и язвительные замечания, когда ее видели с лодочником-метисом. Он решил заполучить Алисию любой ценой, и такое развитие их отношений сулило многообещающие перспективы..

Даже если всплывет его прошлое, то и в этом случае она, наверное, сможет его защитить.

Глава 17

Алисия встретила его в дверях и втащила в дом. Напряженность, с какой она приветствовала его, и скрытое возбуждение в глазах подсказали Трэвису, что она правильно поняла его домогательства и не возражает, если он и дальше будет ее соблазнять. От осознания этого кровь забурлила в его жилах, и это отдалось таким мощным напором в истомившихся от долгого воздержания чреслах, что если бы он не был все еще в длинном пальто, то оказался бы в весьма пикантном положении.

— Свадьба была чудесной. Они оба выглядели такими счастливыми. — Алисия смутилась от его горящего страстью взгляда, и ее голос прозвучал хрипло и неестественно. Она помогла ему снять пальто, тогда как дворецкий занимался другими гостями.

— Это хорошо. Они теперь так заняты друг другом, что не будут обращать на нас внимания. Когда мы сможем улизнуть? — игриво прошептал он ей на ухо, прикрывшись пальто, чтобы дворецкий не заметил его возбуждения.

Алисия изумленно посмотрела на него, но тут же улыбнулась его нетерпению. Она тоже ждала уединения с ним. Прежде чем ответить, она провела его в заполненный гостями танцевальный зал.

— Как раз начинаются танцы. Я, наверное, не смогу уйти, пока не соберутся все гости и я не поздороваюсь с ними.

Трэвис посмотрел на массивную чашу с пуншем на буфетной стойке, на запас бутылок с шампанским и усмехнулся:

— Судя по запасам спиртного, все будут чувствовать себя абсолютно счастливыми не позже, чем через час. Если ты будешь танцевать со мной все танцы, я, пожалуй, переживу это ожидание.

— Это невозможно, ты сам знаешь, — запротестовала она. — Чувствуй себя как дома, а я вернусь, как только смогу.

Но он не собирался отпускать ее так легко.

— Тогда пообещай танцевать со мной все вальсы. — Трэвис держал ее руку за ее спиной так, чтобы никто не заметил. В этот вечер она выглядела восхитительно. Ее каштановые волосы были собраны в мягкие пряди, которые в любой момент могли опуститься на обнаженную шею и плечи. На ней опять было надето одно из ее простых вечерних платьев, на этот раз из какой-то тонкой ткани, переливавшейся бронзой и золотом в зависимости от ее движений и освещения. Данью скромности, от которой, правда, у Трэвиса перехватило дыхание, служила оборка из тонких кружев, прикрывавшая ее декольте. Он заметил, что под платьем у нее почти ничего нет. Ее грудь поддерживал только широкий атласный пояс. Стоило ему подумать, что любой мужчина может созерцать то, что, как он полагал, было предназначено лишь для его глаз, и его охватила ревность.

Алисия догадалась об этом. Улыбнувшись, она покачала головой и высвободила свою руку.

— Максимум два танца, сэр. Ты ведь не хочешь запятнать мою репутацию, правда?

Она одарила Трэвиса таким бесстыдным взглядом, что он едва сдержал смех. Каждая томительная минута ожидания скоро окупится с лихвой. Ему, правда, придется урезонивать каждого мужчину, который осмелится взглянуть на нее дважды.

Он позволил ей уйти, уповая на то, что им удастся смыться после второго вальса. Он не вернет ее домой в эту ночь.

Пока Алисия передвигалась по комнате, приветствуя гостей и следя за тем, чтобы у всех были прохладительные напитки и наполнена чаша с пуншем, она постоянно ощущала на себе взгляд Трэвиса. Каждый раз, когда она отрывала взгляд от очередного собеседника, Алисия, притянутая магнетическим взглядом Трэвиса, натыкалась на его высокую фигуру.

Что бы Трэвис ни делал и с кем бы ни разговаривал, он ухитрялся не терять ее из виду, и каждый раз при взгляде на это бронзовое лицо Алисия испытывала нечто, похожее на потрясение. Если у нее и возникали мысли, что он использует ее для создания собственного положения в обществе, то теперь она могла сказать об этом с уверенностью. Он едва обращал внимание даже на губернатора, когда, нахмурившись, наблюдал, как она танцевала с Сэмом Говардом.

По окончании танца Трэвис молча подошел к Алисии и улыбнулся, глядя на ее раскрасневшиеся щеки. Прежде чем он успел сказать что-то, сквозь толпу пробился Честер Стэнфорд и завладел вниманием дочери.

— Алисия, ради Бога, найди кого-нибудь, кто умеет вальсировать. Летиция в первый раз согласилась станцевать со мной, но с условием, что мы не будем танцевать одни.

Алисия нежно посмотрела на отца. Он не был писаным красавцем, но седеющие волосы очень красили его. Было совершенно очевидно, что он обожал свою очаровательную жену и отчаянно хотел ей угодить.