— Я думаю, она, вероятно, не была бы счастлива без него, — робко вставила Алисия, желая ослабить его боль, хотя и опасалась высказывать свои мысли. — Не кажется ли вам, что лучше прожить короткую, но счастливую жизнь, чем долгую и несчастную?

Трэвис обернулся и воззрился на нее с любопытством:

— Вы действительно так думаете?

Сидевшая на кровати Алисия с выпавшим из прически блестящим локоном на плече была похожа на греческую богиню, но уж никак не на философа. Но зная, что с ней произошло, Трэвис терпеливо ждал ее ответа.

Она долго молчала, а когда наконец заговорила, ее оттененные длинными ресницами глаза наполнились болью.

— Должна вам признаться, я трусиха, но по мне лучше действовать, чем тихо страдать. Не уверена, что в этом мире можно добиться счастья, но если бы я думала, что оно достижимо, я бы стремилась к нему. Жизнь слишком коротка, чтобы просто существовать, а не жить.

Редко появлявшаяся на его лице, наполненная искренней сердечностью улыбка озарила суровый лик Трэвиса.

— Думаю, вы правы. Испытывать страдания в погоне за счастьем намного достойнее, чем страдать неизвестно за что. Не думаю, что вы решились бы выйти за меня замуж, чтобы положить конец вашим несчастьям.

Алисия рассмеялась и нырнула под одеяла.

— Скорее всего это ввергло бы нас в новый круговорот несчастий. Вы не из тех, кто женится, и я, видит Бог, не хочу экспериментировать. Спокойной ночи, Трэвис.

Она закрыла глаза и повернулась к нему спиной, но Трэвис еще долго смотрел на изящные очертания ее тела под одеялами. Он очень хотел бы жениться на ней, но и то, о чем она говорила, могло оказаться правдой. Она, возможно, убила бы его; прежде чем у них что-то сладилось, но тогда по крайней мере он умер бы счастливым.

Усмехаясь, он занялся растопкой очага.

Глава 7

Алисия встретила Трэвиса в дверях, одетая в легкое шерстяное платье цвета весенних фиалок, ее небрежно подколотые на макушке волосы вылезли из-под шпилек. Он знал, что она расчесывала их в предрассветной мгле, перед тем как он поднялся, чтобы разжечь огонь. Это было то, что она по-прежнему делала наедине, и он не возражал против этого, хотя, лежа в темноте, часто гадал, как она выглядит с рассыпавшимися по плечам и груди волосами.

И сейчас он думал о том же, глядя, как она стоит в дверях. Лучи заходящего солнца оставляли блики на коричневато-красной поверхности дверей, и это лишь подчеркивало сверкание ее синих глаз с длинными ресницами. Она все еще была очень бледна и худа, но он никак не мог отделаться от мысли о тех прелестях, что ему удалось разглядеть под складками одежды. Хотя пройдет еще немало времени, прежде чем она будет готова к близости с мужчиной. Ему нужно поскорее найти ей компаньонку, иначе он может не выдержать и отпугнуть ее.

Алисия довольно улыбнулась, когда он показал ей пирог, который до этого прятал за спиной.

— Где вы ухитрились стащить это? — воскликнула она, отступив, чтобы он мог войти в дверь с вкусной едой.

— Жена доктора прислала. Она сказала, что вам необходимо немного прибавить в весе. — Трэвис положил пирог на грубо сколоченный стол и заходил по комнате, раскладывая по углам принесенные из Луисвилла пакеты, затем помешал угли под супом, который готовила Алисия.

Алисия покраснела и отодвинулась в тень.

— Но ведь она даже не знает меня, — смутилась она.

Трэвис в ответ только пожал плечами и продолжил заниматься своими делами. Теперь, когда она уже могла вставать с постели, ему было все труднее держаться в стороне от нее.

— Это не очень заселенная территория, и здесь женщины помогают друг другу. Сами увидите, тут совсем не так, как на Востоке.

— Я бы хотела поблагодарить ее за это. — Алисия вышла из тени и подцепила пальцем выступившую на корке пирога каплю сиропа. — Лодка будет готова к утру? — Она рассеянно слизнула сироп с пальца.

Улыбнувшись этой детской выходке, Трэвис отломил корочку и попробовал ее.

— Я щедро отблагодарил леди и заверил ее, что отлично позабочусь о вас. И да — утром лодка будет уже здесь.

Испытывая неловкость от его настойчивого взгляда, Алисия подошла к очагу и принялась помешивать суп. Пока она болела, барьер между ними вроде бы исчез, но сейчас, она чувствовала, напряженность возвращалась. Она тосковала по прежним дружеским отношениям, но не знала, как их вернуть.

— Хотите суп? Он уже готов. Знаю, это не бог весть что, но с пирогом… — Она беспомощно развела руками.

— Честно говоря, я вообще ни на что не рассчитывал. Не знал, что леди умеют готовить.

Алисия резко обернулась, но его улыбающиеся глаза остановили готовые сорваться с ее языка злые слова. После всего, что он для нее сделал, она не могла оскорблять его. Она и сама не знала, чего от него хотела, разве что, пожалуй, чтобы он не смотрел на нее так.

— У жены вашего друга был хороший садик. Там высажены растения, которые в диком виде не растут. — Она повернулась, чтобы наполнить супом выщербленную миску.

Она была такой уязвимой, а его тяга к ней была настолько сильной, что он не мог придумать достойного ответа. За последние несколько недель его жизнь превратилась в ад.