Читаем Лорд-мошенник полностью

Корпус лодки чудом выдержал этот удар. Трэвис, измученный страхом за жену и ребенка, отчаянно боролся с течением, стараясь огибать препятствия, чтобы спасти лодку в этом безумном хаосе. Члены экипажа вцепились в шесты и четко выполняли его команды. Времени думать не было, все делалось инстинктивно, когда мимо проносились плывущие деревья, а река вспучивалась и билась об исчезающие вдали берега.

Не кто иной, как насмерть перепуганный нью-йоркский щеголь, ухитрился ползком добраться до каюты, чтобы проверить состояние Алисии и ребенка. Он нашел их целыми и невредимыми в дальнем углу каюты. Закутанная в одеяла, дрожащая Алисия прижимала младенца к груди. От постоянной тряски ее тело покрылось синяками, но она не выпускала из рук перепуганного насмерть ребенка. При виде Скотта она едва смогла докричаться до него, чтобы узнать о Трэвисе, но из-за страшного грохота не стала больше ничего выяснять.

Не обладавшему сноровкой лодочников, Скотту было трудно передвигаться по палубе, и он, крикнув молодому лорду, что с Алисией и ребенком все в порядке, примостился в дверном проеме каюты.

Всю ночь команде пришлось сражаться со взбесившейся рекой, у которой исчезли берега и привычные ориентиры. Вода разлилась на площади, занятой раньше лесами, скалы и острова рушились и вздымались, чтобы вмиг исчезнуть навсегда. Трэвис старался удерживать лодку на стремнине, уповая на то, что там самая глубокая часть русла, но и в этом случае он не мог гарантировать людям безопасность. Стремительный поток нес с собой мусор, который мешал им плыть, и часто проносился под угрожающе нависшими утесами. Отравленный серой воздух заполнял легкие, пока команда маневрировала между плывущими деревьями или их обломками.

На протяжении всей ночи и весь следующий день земля продолжала дрожать и сотрясаться, образуя новые трещины, в которые устремлялась река, затапливая города и леса, вскрывая залежи газа, угля и песка. К рассвету над водой висела серая дымка. Стоявшие в воде деревья, перепуганные птицы, вившиеся над головами людей и время от времени садившиеся на палубу, дополняли этот кошмар и делали окружающий мир неузнаваемым. С особым интересом члены команды следили за проплывавшим мимо грузом с неведомо каких судов, за бочонками с мукой, табаком, зерном с погибших в реке плоскодонок.

Встречались и тела погибших, застрявшие в камнях, в ветвях деревьев или проплывающие мимо и качающиеся в воде, как поплавки. Получилось так, что, собравшись с духом, Алисия вышла на палубу встретить рассвет, и это случилось как раз в тот момент, когда золотоволосая головка ребенка погружалась в водоворот между столкнувшимися в воде деревьями. Побледнев, она тут же вернулась в каюту, чтобы лишний раз удостовериться, что ее сын сладко посапывает во сне.

Вскоре после рассвета земля содрогнулась с новой силой, и они при дневном свете увидели то, чего не могли видеть в темноте во время ночных толчков. Земля разверзлась, поглотив деревья, брошенные хижины и все, что было на ней. Вырывавшийся из расселин с шипением и свистом газ выплескивал вверх потоки грязи и воды. Суеверные члены экипажа испуганно крестились и бормотали молитвы.

Бурные воды несли их все дальше на юг. Трэвис не смел даже думать о высадке на один из берегов, на месте которого сейчас вздымались предательские клубы не то дыма, не то пыли, не мог он также позволить себе отдохнуть из-за множества непредвиденных препятствий на реке. Чуть не валясь с ног от усталости, он распорядился, чтобы его люди отдыхали по очереди и подменяли друг друга. С каждым толчком взбесившейся реки он шепотом молил Господа о спасении. Он не хотел отдавать то, что наконец-то обрел, мстительным духам природы.

Если бы с ним был Огаст, Трэвис рискнул бы передать ему шест на несколько минут, чтобы перекусить, а сейчас в его команде были одни новички, которым он не мог доверять. Превозмогая усталость, он искал место, где можно было бы укрыться от этого ада, который преследовал их и после того, как они оставили позади острова, которые, как он знал, находились очень далеко от места их последней стоянки. Он должен вытащить их отсюда, но даже не мог представить, уходили ли они от центра разрушения или приближались к нему.

К концу дня они либо привыкли к сотрясавшим землю толчкам, либо толчки стали слабее. В темноте почти невозможно было уворачиваться от бревен, коряг или плывущих деревьев, способных срезать как ножом днище лодки при столкновении. Зная, что продолжать плавание опаснее, чем стоять на месте, Трэвис решил встать на якорь у пологого берега одного из островов. Он без аппетита перекусил хлебом, сыром и яблоками, которые Алисия обнаружила среди заготовленных для экипажа продуктов, после чего, изможденный, мгновенно провалился в сон.

Посреди ночи новый толчок сотряс лодку, и мужчины вскочили, готовясь отвести судно в безопасное место. И вдруг они с изумлением увидели, как исчез располагавшийся ниже по течению остров, однако остров, к которому они причалили, остался на месте.