Если бы Лютер не стал свидетелем безобразий, творившихся в Риме, он, скорее всего, так или иначе пришел бы к своей идее оправдания одной верой, поскольку она сформировалась у него уже в 1515 году, то есть еще до того, как он обратил внимание на мерзости, процветавшие в среде духовенства. Но в этом случае он не дал бы себя вовлечь в будущий мятеж и последовавший за ним раскол, поддержанный и собратьями по религии, и студенческой молодежью, и немецким дворянством. Ему просто не пришло бы в голову искать удовлетворения в упорном отстаивании своей позиции, добиваться личной славы ценой кощунств и святотатства. Папство эпохи Возрождения, конечно, не виновато в том, что отдельный человек проникся еретическими идеями, папство виновато в том, что эти идеи привели к расколу христианского мира и народным распрям.

3.

ВОРМССКИЙ РЕЙХСТАГ (январь — апрель 1521)

Коронация нового императора состоялась только через полгода после его избрания. После торжественной церемонии, на которой его провозгласили верховным правителем немцев, Карл объявил о созыве имперского рейхстага, назначенного на 6 января будущего года. Собирался рейхстаг в Вормсе, «имперском» городе. В действительности власть нового императора не простиралась столь же широко, как власть его предшественника. Дело в том, что выставляя кандидатуру своего внука в качестве наследника престола, Максимилиан подписал «Имперскую капитуляцию» — документ, в котором признавал права немецких князей. Несомненно, эта уступка сыграла свою роль в избрании Карла, который, в свою очередь, поспешил ратифицировать «Капитуляцию» уже в новом своем качестве. Поэтому он не мог, не отказавшись от им же подписанного документа, игнорировать мнение курфюрстов и представителей дворянства и городов по всем важным государственным вопросам. Кроме курфюрстов на заседание рейхстага приглашение получили Фердинанд, младший брат императора и эрцгерцог Австрийский, 25 герцогов, восемь маркграфов, 30 архиепископов, епископов и аббатов, представители 10 вольных городов, многочисленные князья и графы, а также Вильгельм де Шьевр, занявший к тому времени пост премьер-министра Испании, семь посланников, в том числе двое эмиссаров бывших соперников Карла — Франциска I и Генриха VIII, и, наконец, два папских нунция — Алеандр (Иеремия Алеандр) и Караччьоли.

В повестке дня фигурировало и дело Лютера. После выступления легатов Карл V склонялся к тому, чтобы добиться исполнения папских булл. Во время своей коронации (которая проходила в Болонье, а не в Ахене), он торжественно поклялся быть верным сыном верховного церковного иерарха и защитником католической Церкви. Впрочем, он получил такое воспитание, что выпавшая ему на долю роль прекрасно вписывалась в его убеждения, и он в любом случае исполнил бы ее, независимо ни от каких клятв. В политическом плане поддержание одной и той же веры на всем пространстве империи также являлось существенным элементом ее единства. Курфюрст Фридрих Саксонский не пожалел усилий, чтобы убедить императора пригласить на рейхстаг и Лютера. В своем безмерном восхищении перед новой надеждой Германии он хранил твердую уверенность, что стоит тому выступить перед аудиторией хотя бы один раз, как он склонит на свою сторону всех до единого. Он пытался подбить и еще кое-кого из князей повлиять на Карла V, когда в дело вмешался Гаттинара — знаменитый юрисконсульт, которого Карл нашел в одном из картезианских монастырей и сделал государственным канцлером. Он и напомнил императору, что его решения по вопросам веры, бесспорно, должны доводиться до сведения князей, однако отнюдь не нуждаются ни в советах, ни в одобрении последних. Тогда Фридрих Мудрый предпринял более тонкий ход. Он сумел уговорить сразу двух советников императора, к которым тот имел обыкновение прислушиваться, — Вильгельма де Шьевра и Генриха Нассауского, и советники стали убеждать Карла, что нельзя осудить Лютера, не выслушав его. И император согласился на компромисс. Лютер получит приглашение, но лишь для того, чтобы публично отречься от своих идей. Если он этого не сделает, его ждет изгнание за пределы империи.