«Мне бы так! – мечтательно подумала Лиза. – „Просто отсиживать“, а потом повязывать на шею простенький платочек от Ферре. За сто пятьдесят долларов». Только взглянув на Лесю, она сразу отсекла, что это – изысканный Ферре. Ее убедили в этом мягкие пастельные тона платка и его легкий, как у весеннего неба, серебристый оттенок. Не тяжелое азиатское серебро, а гармоничное европейское свечение. Леонтьева знала в этом толк! Но по-прежнему не могла позволить себе изысканных вещей.

– Сколько мы не виделись? – спросила Рюмина. Видимо, отдавала дань светскому ритуалу встречи.

– Больше года. Но ты очень похорошела.

Лесины рыжеватые волосы приобрели медный оттенок, как на полотнах Тициана. Тонкий макияж подчеркнул гармонию в цвете глаз и волос. Улыбка стала загадочной. Правда, слегка печальной. Но это, на взгляд Лизы, только добавило женского шарма в игривый раньше облик Рюминой.

– Это все – классная косметика, – заметила Леся.

– Я слышала, на фирмах одно из основных требований – внешний вид, – осторожно сказала Лиза.

– У нас это не обязательно. Просто появилась возможность, вот и позволяем себе. – Лесина интонация стала напряженной. – Если бы ты увидела прошлой осенью Зинулю, тоже была бы поражена.

– Я видела, – тихо сказала Лиза. – Буквально за несколько дней до ее… кончины. Послушай, это так неожиданно!..

Над их столиком повисла томительная пауза. Леся машинально сделала пару глотков кофе, а затем сказала:

– Сильная простуда. Воспаление легких.

– Но ведь от этого нечасто умирают…

– Самое странное заключается в том, – Рюмина говорила осторожно, медленно, – что Зинуля словно предчувствовала финал.

Обе помолчали. Лиза вздохнула.

– Говорят, почти у каждого перед концом есть таинственные предчувствия.

В ответ Леся пристально посмотрела на Лизу. За эти секунды она приняла какое-то решение.

– Я хочу кое-что сказать тебе, Лиза. Могу я рассчитывать на твою деликатность?

– В чем вопрос! – «Мне кажется, я всегда проявляю бездну такта». О последнем Леонтьева умолчала, но всем своим видом дала понять, что перед Рюминой – одна из самых деликатных женщин Москвы.

– Другим я не заикалась об этом. Они подумали бы, что покойница Зинуля страдала какой-то манией.

– Манией преследования? Ей угрожали?! – выпалила Лиза и сейчас же пожалела об этом. Лобовые вопросы будто ударили Лесю по нервам. Она сжалась. Ее лицо передернул нервный тик.

– Если это очень болезненно для тебя, то не надо говорить, – ласково сказала Лиза. Она знала, что мягкая интонация расположит собеседницу. Так и случилось. Леся согрела пальцы на остывающей чашке кофе и прошептала:

– Зинуля почувствовала, как из нее уходит жизненная энергия… Ей казалось, что кто-то хочет спровоцировать ее смерть…

Глава 3

«Смутные подозрения. Туманные намеки. А вдруг у Зинки и вправду развилась паранойя?» Лиза не знала, как правильно прореагировать на заявление Рюминой. Она тихо спросила:

– Каким образом – спровоцировать?

– Зинуле так казалось, – упрямо повторила Леся.

«На что она намекает? – не могла понять Лиза. – На реальность Зинкиных предчувствий? Или на ее нервную болезнь? Вопрос крайне деликатный. Здесь рацио должно взять верх над эмоциями. Надо обратиться к фактам». Она твердо спросила:

– А что показало вскрытие?

Леся пожала плечами.

– Оно подтвердило диагноз. По-моему, болезнь Зинули протекала на фоне глубокой депрессии. – Лицо Рюминой стало мрачным.

– Депрессии? – удивилась Лиза. «С чего бы это? Люди сейчас не имеют даже крыши над головой. Зинуле же был обеспечен средний комфорт. Откуда депрессия?»

При взгляде на Лесю Лиза решила не спешить. У нее создалось впечатление, что Рюмина хочет рассказать ей о чем-то важном, но не решается.

«Ничего, она созреет» – Лиза тонко перевела разговор на нужную ей тему:

– Вы ведь работали вместе? Вон там? – Она кивнула на офисное здание напротив кафе.

– Да-да, – рассеянно отозвалась Леся, а потом неожиданно вскочила. – Пойдем! Я хочу пристроить тебя.

«Слава богу!» – С Лизиной души свалился камень. Не придется долго и нудно намекать. Как естественно все произошло! Если Рюмина на самом деле спротежирует ее, то Лиза дает зарок. С первой же зарплаты отведет ее в ресторан среднего пошиба. В «Пекин» или «Арагви». Можно даже в «Прагу». Там они присвоили себе гордое звание «дворца». Наверное, дерут втридорога. Но приличное место сейчас стоит визита в «Прагу»!

В новом «дворце» они с Лесей выпьют кислого испанского вина и раскроют друг другу сердца. Там Рюмина гораздо подробнее расскажет о смутных душевных переживаниях Зинки Макаровой, и Лиза поставит свой житейский диагноз. Даже благополучные японцы, как она слышала, подвержены необъяснимому беспокойству. Опасения потерять неплохую работу. Вечные стрессы мегаполисов. То в метро тебе ногу отдавят, то на рынке сопрут кошелек. Если японцы переживают, то что уж говорить о русских! Тем более о женщинах!.. Жизнь средней россиянки – это постоянный стресс. Тут начнешь подозревать, что ты неожиданно стала жертвой каких-то интриг. «Все это – нервы, нервы…»