Читаем Любимые книги полностью

Да, сам факт видят все примерно одинаково. Но вот что за этим фактом стоит… Ну например, то, что России удалось разгромить иностранную интервенцию – это ведь факт. Но как могло получиться, что сильнейшие в военном и экономическом отношении страны Антанты не смогли справиться со страной разоренной, в военном отношении бессильной? Ведь это же просто немыслимое чудо! Кстати, Ленин так прямо и говорит – «чудо». А ведь было соблазнительно приписать победу мудрому руководству партии, как это нередко делали руководители страны после-ленинского периода. Ленин же честно сказал, что совершилось чудо. Конечно, у этого чуда были вполне объективные причины, которые партия предвидела еще тогда, когда вела народ на революцию. «…Мы знали, – говорит Ленин, – что трудящиеся массы всех стран будут за нас и что наша правда, разоблачив всю ложь, будет все больше и больше побеждать» (т. 49, с. 173). Что же это за правда? А это то, что буржуазные правительства вели империалистическую войну ради прибылей капиталистов. Но солдатам-то говорили, что они идут защищать свое отечество! То есть их попросту обманывали.

И эту правду Ленин старается донести до своего народа. Вот, выступая перед казачеством, он приводит такой пример: во время интервенции в России у английской и французской буржуазии издавались тысячи газет, в которых самым изощренным образом солдатам втолковывалось, за какие «святые» идеалы им надлежит проливать свою кровь. «…У нас, – говорит Ленин, – выпускалось всего 2 – 3 листка формата четвертушки в месяц, в лучшем случае приходилось по одному листку на десять тысяч французских солдат… Почему же все-таки и французские и английские солдаты доверяли этим листкам? Потому, что мы говорили правду, и потому, что, когда они приходили в Россию, то видели, что они обмануты. Им говорили, что они должны защищать свое отечество, а когда они приходили в Россию, то оказывалось, что они должны защищать власть помещиков и капиталистов, должны душить революцию» (т. 40, с. 171 – 172).

В выступлении перед горнорабочими Владимир Ильич выразил эту мысль еще более четко: «…рабочие оказались на нашей стороне, и это обстоятельство решило нашу войну. Всем было ясно, что, если бы сотни тысяч солдат воевали против нас так, как они воевали против Германии, мы бы не смогли удержаться» (т. 40, с. 293 – 294).

Это была вполне объективная правда, которую не могли не видеть и буржуазные правительства, хотя они и называли это по-другому: «большевистская зараза», «происки агентов Ленина»… Но ведь не в словах дело. В конце концов, ладно, и он, Ленин, употребит их терминологию, но что от этого изменится? Ничего, от правды не спрячешься: «Они боятся, как огня, распространения у себя дома большевистской заразы, но хотя они китайской стеной окружили себя, все же в каждой из этих стран большевистская зараза уже есть, она сидит внутри них самих. Эту заразу принесли французские и английские солдаты, которые побывали в Советской России и подышали ее воздухом» (т. 40, с. 126).

Как видим, Владимир Ильич все время противопоставляет правду большевиков лжи буржуазии. Но вот что интересно. Когда читаешь все эти рассуждения о «чуде» и о его причинах, невольно закрадывается мысль: а не напрасно ли Ленин так откровенничал? Ведь вот буржуазные правительства возьмут да и учтут эту правду! Да ведь еще ладно бы – говорил только перед своими. В конце концов, тогда не было телевидения, не было такого положения, как сегодня, когда каждое слово, сказанное нашим руководителем, назавтра становится известным всему миру. Не было и постоянных пресс-конференций, к которым мы так привыкли сегодня. Так что, говоря со своими, можно было и не стеснять себя в оценках.

Так ведь нет, Ленин не скрывал своих мыслей и в беседах с иностранцами! То есть прямо вот так, без всяких дипломатических уверток, раскрывал наши карты врагу. Так, например, в феврале 1920 года Ленин дал интервью корреспонденту американской буржуазной газеты. Вряд ли Владимир Ильич мог рассчитывать, что этот разговор останется в тайне. И действительно, интервью обошло почти все западные газеты. Надо сказать, что Линкольн Эйр, тот самый корреспондент, передал ленинскую мысль довольно точно: «Они не смогли бы победить нашу Красную Армию, даже если бы сам Черчилль воевал вместе с ними» (т. 40, с. 154). Дальше интервьюер дает такую ремарку: «Здесь Ленин сумрачно усмехнулся, откинув назад голову. Затем он продолжал более серьезным тоном: „Мы, конечно, можем быть сокрушены любой из великих союзных держав, если они смогут послать против нас свои собственные армии. Но они не осмелятся это сделать“» (т. 40, с. 154).